• Тут вдруг вылезает бордовая хрень, где написаны буквы и даже слова! Зачем она вылезает? Я не знаю. Но пусть уже всё идет как идет.
    Меня зовут Сергей Решетников. Привет!
    Теперь можете закрыть эту хрень. Тут больше ни хрена нет.

Роман Хуй. Глава 23 Золото

Хуй, двадцать третья глава

Хуй, двадцать третья глава

Ранее по ссылке 22 глава романа Хуй Решетникова Выход

23. Золото
- Салам алейкум, камера родная. Салам алейкум, длинный коридор. Салам алейкум, лысый мой начальник. Салам алейкум, курва прокурор, – Гендель всю дорогу пел противным голосом.
Меня увезли в лес на некую заимку. Посадили под замок в какую-то старую деревянную баню и оставили без света. Зачем я им нужен теперь? Из меня плохой грабитель. Я влюбляюсь на каждом шагу. Я ломаю все планы. Я разбиваю голову Генделя о сосну. На самом деле глупо было мне, солдату, не проверить пульс Генделя перед тем как засыпать его хвоей и землей. Или я проверял? Уже не помню. Помню холодные руки. Нужно было еще сильнее его шандарахнуть о дерево. Контрольный выстрел я сделать забыл. Ошибся. Есть ли у меня план? Передо мной стоят три задачи. Первая - тактическая. Выбраться отсюда во что бы то ни стало. Вторая и третья - стратегические задачи. Надежда и Хуй. И то и другое мне нужно. Без того и без другого жизни нет. Идея-фикс. Сколько у меня на это уйдет времени? Может быть год, а может быть десятки лет. Хуевый план. С точки зрения сроков выполнения не точный. Приблизительный. Абстрактный. И в целом – никакой. На зоне за глаза меня называли шизоидом. В каком-то смысле они правы.
Вошел безбровый лысый крепыш, на руке которого я заметил наколку - Большая подводная лодка. «Атомная» - подумал я. Следом за ним вошли Узбек, который придержал двери для Рыжего помощника депутата… Во как! Рыжий нарастил себе нос и рыжие усы. Прикольно. Как в мультике. За помощником вбежал улыбающийся во всю харю Гендель.
- Салам алейкум, - весело поприветствовал Гендель.
Никто ничего не сказал в ответ. Гендель понял, что промахнулся, громко откашлялся и подставил Рыжему стул.
Рыжий вальяжно сел. Нужно сказать, что Гендель с Узбеком наперегонки угождали Рыжему, чем давали понять, что человек тот важный и, вполне вероятно, уже занял следующую ступень в иерархии. Может быть даже он уже никакой не помощник депутата, а скорее даже – депутат или чиновник мэрии. Уж очень он изменился за это время. Как бы это правильно сказать – очень уж важный он стал, дельный – не баться. Рыжий держал в левой руке бельевую деревянную прищепку, которой цепляют к веревке стираное белье. Он её постоянно нажимал и отпускал. Нажимал и отпускал. Прищепка, как маленький крокодильчик, открывала и закрывала рот.
Нажимал и отпускал. Нажимал и отпускал. А на большом пальце большой блестящий перстень. Ну прямо крёстный отец – Вито Карлеоне. Пародия на Марлона Брандо.
- Где моё золотишко? - после длительной паузы спросил Рыжий.
Я… растерялся… Я молчал, не зная, что ответить. В разговор вмешался Гендель:
- Господина зовут...
Однако, Рыжий перебил его:
- Не важно, как зовут господина.
- Не важно, как зовут господина, - повторил Гендель и хитро улыбнулся, - Хе-хе.
В разговор вмешался Узбек:
- Важно насколько значим этот господин. И мы надеемся…
Но он осекся, замолчал, поймав на себе недобрый взгляд Рыжего, который тут же продолжил:
- Потеряю вопрос, где моё золотишко?
Прищепка как крокодильчик – открывала и закрывала рот. Я пожал плечами и ответил:
- Не знаю. Я сидел...
- Знаю, что ты сидел.
Гендель подхватил:
- Мы знаем, что ты сидел. Сидел ты мало... А нервы мы попортили много…
Узбек цыкнул на Генделя. Тот улыбнулся и замолчал.
- Ты понимаешь, о чем я говорю? Или тебе на зоне мозги отбили? - спросил меня Рыжий, продолжая играть с крокодильчиком-прищепкой.
- Нет, не понимаю.
Рыжий поднялся со стула, развернулся, собрался было уходить, но добавил:
- Хочу, чтобы ты ответил на вопрос.
- Понятно тебе!? – вдруг крикнул Узбек, отчего даже Рыжий вздрогнул.
После чего Гендель отворил двери. Рыжий перед выходом еще раз повернулся и сказал:
- Ты мне должен нос и… двести грамм золота.
Он прищемил прицепкой нос послушного Генделя, чем привел его в полный восторг. Гендель стоял с зажатым носом и громко хохотал над «удачной шуткой» Рыжего.

Далее по ссылке 24 глава романа Хуй Решетникова Танец боли

  • 08.11.2016
Возврат к списку