• Тут вдруг вылезает бордовая хрень, где написаны буквы и даже слова! Зачем она вылезает? Я не знаю. Но пусть уже всё идет как идет.
    Меня зовут Сергей Решетников. Привет!
    Теперь можете закрыть эту хрень. Тут больше ни хрена нет.

Тот самый Решетников

Записки отчаянного натурала

Вышла книга

Голубая моя Москва
Новый роман Решетникова Сергея

Матом по следам классика

Хуй
Роман с картинками. 260 иллюстраций

История, фантастика, героический эпос

Реалити-шоу ВОЙНА
Повесть «Убить в себе государство»

Моя первая книга.

Убить в себе государство

Тексты произведений Сергея Решетнкиова

Отрывок из романа "Голубая моя Москва (Записки отчаянного натурала)"

Я встаю на ноги, иду к певице (забыл, блин, как зовут), обнимаю ее (она, оказывается, маленькая-маленькая), говорю:
– Как тебя… это… зовут?
А фонограмма продолжает звучать.
Толпа беснуется.
Я вижу, к нам бежит охрана. Я говорю ей:
– Певица, можно я тебя поцелую? Или можно даже… Фак Ю… сделать. Один раз.
Она ошарашена. Отстраняется от меня. А я ее целую в глубокий засос. Потом забираю у нее микрофон и кричу в зал:
– Вот! А вы говорите – символ гомосексуалистов и лесбиянок. Она просто женщина. Моя сладкая девочка. Я ее люблю больше, чем Мадонну. Я ее бой-френд. Меня зовут Николай Степанков. Вот.
Через минуту охранники, милиционеры вели меня по коридорам концертного зала в наручниках.

Роман Реалити-шоу Война

Кровавая была ничейка. Рейтинги зашкаливали. По Червленой реке плыли тела людей и ладонников.
Широко открытые безжизненные глаза мертвого солдата, лежащего в овраге в двух метрах от нее, не видели утреннего солнца. Майор НРК Бахов погиб моментально от пули снайпера поздним вечером, капитан Ламакин в середине ночи умирал в мучениях, пытаясь запихать свои кишки обратно во вспоротый взрывом живот, лейтенанту Карми Гросарю, сидевшему, облокотившись о старую корягу на берегу реки, оторвало голову. "Реалити-шоу "Война" 1 глава ОВРАГ

Роман Хуй Сергея Решетникова

Его кудрявая лохматая голова освещалась утренними солнечными лучами, проникающими в комнату через оконное стекло. Как будто сияние вокруг черных кудрей, будто бы нимб. Чёрт побери! Он изменился. Очеловечился. Я не понимал, что со мной происходит. С одной стороны – мне хотелось убить этого беглеца, с другой стороны – он написал: годен к строевой службе. То есть – никому из последующих врачей больше не будет дела до моих гениталий из папье-маше. Я огляделся вокруг – чем бы ударить. ЧЕм бы тебя ебнуть, сучара? Однако, убив его, верну ли я свой хуй? Хуй его знает. И чем его убить? Стулом? Задушить? Он начнет орать. Что делать? Или пойти рассказать врачам, офицерам военкомата, что здесь в кабинете сидит мой Хуй. Точно, блин! Мой Хуй сидит за столом и подписывает бумаги. Определяет, кому служить, а кому белый билет. Он мошенник, аферист и провокатор. Помогите мне, люди добрые!