• Тут вдруг вылезает бордовая хрень, где написаны буквы и даже слова! Зачем она вылезает? Я не знаю. Но пусть уже всё идет как идет.
    Меня зовут Сергей Решетников. Привет!
    Теперь можете закрыть эту хрень. Тут больше ни хрена нет.

Роман Хуй, глава 36 Подземные университеты

Хуй, глава тридцать шестая

Хуй, глава тридцать шестая

Ранее по ссылке 35 глава романа Хуй Выборы

36. Подземные университеты
Я был на воле. Лупов выиграл выборы и на днях станет президентом Российской Федерации. Но я был на воле. И я сегодня спасу Надежду. Постараюсь спасти.
- Ты знаешь, где она сидит? - спросил я крепкого охранника Войновского, который сейчас только спас меня.
Он знал, о ком я говорю.
- Я не видел её. Но мы попробуем её найти. Последняя машина уезжает от здания через час. Руководство уже давно уехало на Рублёвку.
- С твоим руководством будем разбираться потом. Сейчас нужна Надежда.
И мы побежали с ним по узким низким коридорам старого царского подвала.
- Это московская усадьба Якова Долгорукова и его перестроенный старый дом, - по ходу рассказал мне Войновский.
- Я так и думал. Какой век? - спросил я.
- Фундамент и подвал - начала XVIII века.
- Чуть-чуть ошибся.
В этот момент навстречу нам выбежал другой охранник, такой же большой, только в руках он держал средних размеров стальной сейф.
- Привет! - сказал Войновский навстречу бегущему.
- Привет! - сказал другой охранник и пробежал мимо нас, не обращая на меня никакого внимания.
- Подожди, - остановил его Войновский, - А где сидит та девушка, которую закрыли вместе... - указал на меня, - с этим?
Второй охранник улыбнулся и спросил в ответ:
- Ты чё - душу свою спасаешь? Не получится. Беги, блядь, родина в опасности. Москву отдали французу.
Развернулся и побежал по коридору дальше. Потом мы услышали вдалеке его голос:
- Увезли её. Еще три дня назад как увезли. Куда - не знаю.
Войновский посмотрел на меня. Я оценил ситуацию и сказал:
- Найдем потом. Ход номер два. Едем искать Чистого. Ты знаешь где он?
- Я знаю, у кого можно спросить.
- А кто такой француз?
- Лупов, говорят, чекистом работал в Париже.
- Не может быть?
- Так говорят.
Я шел за Войновским голодный, холодный, но живой. Я просидел в застенках дома Якова Долгорукова больше двух месяцев. Мне являлись призраки и хорошие мысли. Не последние люди старой Москвы являлись ко мне во снах. Я сел на два месяца не знающим о истории России ни грамма, а выхожу отсюда, как будто прочитал Историю государства Российского от корки до корки. Это я понял сейчас, когда выхожу на волю: голодный и добрый. И я знаю, что Бог повсеместного возмездия покарает президента-неудачника Лупова, который Хуй.
Когда я посмотрел назад, во мраке коридора Яков Долгорукий помахал мне рукой не прощанье.
- Я раньше и не знал, что ты – Долгорукий.

Далее по ссылке 37 глава романа Хуй Столбы

  • 22.11.2016
Возврат к списку