Сергей Решетников, писатель, сценарист, драматург. Тот самый Решетников

Снайпер, сценарий, автор Сергей Решетников

Снайпер

Сцена 1. Титр: Беременность

Персонажи:
Николай 30-40 лет, Ксения Голос в трубке (Марина)
Объекты: Комната, Кухня

Интерьер. Восемнадцатиметровая комната в хрущевке, трехстворчатый шкаф цвета вишня, диван-книжка, прикрытый красным пледом, тумба цвета вишня, два стула, стол. Николай и Ксения обнаженные сидят в кровати, играют в игру «Монополия», кидают кубики, двигают фишки. Николай перед тем, как бросить кубики нежно целует Ксению в губы. Ксения закрывает глаза, получает удовольствие. Николай трясет кубики в кулаке, быстро переходит к игре.

Николай: (бросает кубики) Пять. (двигает фишку) Кондитерская компания «Леденец». Две с половиной косых. (улыбается Ксении, целует ее нежно) Конечно, беру, солнышко мое. (кривляется и театрально дует губы) Солнышко, твое дело совсем труба. (кивает на фишки) Ходи.
Ксения берет кубики и долго трясет их в своем кулачке.
Ксения: (капризно) Коля, я устала.
Николай: (в азарте) Бросай уже.
Ксения бросает. Николай смотрит на поле, потирает ладошки, веселится как дитя.
Ксения: Ты сегодня на ночь останешься?
Володя: У тебя «девять». Двигай попой.
Ксения двигает фишку. «Штраф».
Николай: Пятьсот штук с тебя, солнце моё. Плати. У тебя совсем плохо с финансами…
Ксения: У меня еще есть деньги… (кладет в «банк» бумажную пятисотку)
Николай: (бросает кубики) Одиннадцать. Раз, два, три… семь, восемь… десять. Одиннадцать. Моя контора. Основываю тут компанию. Серьезное открытое акционерное общество, Ксения, солнышко мое… Без всякой херни. Я магнат… практически. Обувь моя. Автомобилестроение мое. Нефть моя. Не тяп-ляп. Олигарх. Тебе просто везет, Ксения, ты не попадаешь, чтобы купить яхту или Мерседес последней модели. (делает вид будто закуривает сигару, изображает из себя важную персону) Я вчера звоню Олегу: ну, как, говорю, дела брат Дерипаска? Да так, говорит, как-то всё… Движемся. На яхте плаваем, рыбок ловим. Молодец – говорю я ему. А я прикупил кондитерскую компанию «Леденец»…
Ксения ни на секунду не улыбнулась, глядя на Николая.
Ксения: (бросает кубики, дослушав его) Семь. (двигает фишку) Железобетонная компания. Сколько я тебе должна, Николай? Ты меня банкротишь… Всё хватит уже играть. Я сдаюсь.
Николай: Погоди-погоди. Ты… ты мне должна… ты мне должна шестнадцать тысяч… Плати, девочка моя. (потирает ладони) Чем будешь платить?
Ксения: Натурой.
Николай: Натурой? Это прикольно. Я согласен.
Николай залезает с головой под одеяло, движется в район её паховой области.
Ксения: (с легкой улыбкой) Подожди, Коленька. Мне нужно в душ, любимый.
Ксении это не нравится. Она отталкивает его.
Ксения: Коля, не надо. Мне не хочется. Меня тошнит.
Но Николай молча и настойчиво двигается под одеялом к ее паховой области.
Ксения: (кричит) Коля, не надо!
Откидывает одеяло. Вскакивает на ноги. Случайно коленом ударяет Николая в нос.
Николай: (ошарашен криком, из его носа течет кровь) Ты чё вообще, что ли?
Ксения: Вообще что ли. Не надо же – говорю тебе. Не хочу я. Извини. Сейчас платочек дам.
Ищет в сумке платочек. Достает. Подает его Николаю.
Николай: (берет платочек) Сопливый?
Ксения: Ты брезгуешь мной?
Николай: Дура ты.
Ксения: Сам дурак.

Николай вытирает кровь, скручивает платочек в трубочку, запихивает в ноздрю. Он опускает руки. Платочек смешно торчит у него из носа. Ксения смеется над ним.

Николай: Вот так и поеду.
Ксения: (вмиг становится серьезной) Куда ты поедешь? Ты не останешься на ночь?
Николай: (приближается к Ксении, пытается ее поцеловать, но платочек, торчащий из ноздри, не дает это сделать) Солнце мое, я не могу… не могу остаться. Прости.
Ксения: Мне плохо, Коля.
Николай: (становится перед ней на колени, обнимает, прижимается к её торсу щекой) Ну, ладно… Ну чё ты… Ну хватит… Наигрались вдоволь… Натрахались. Целую пиццу съели. Мне пора ехать. Нужно быть дома.
Ксения: (многозначительно) Дома?
Николай, не поднимаясь с колен, кивает головой.
Ксения: Мне плохо, Коля…
Николай: Тебе нужны деньги? Сколько? (на коленях он идет к своей дорогой сумке (или хорошему кожаному портфелю), расстегивает его, достает портмоне) Сколько?
Ксения: Мне не нужно денег!.. Ты от меня откупаешься.
Николай: О-о-о! (встает на ноги) Всё. Понеслось. Тебе необходим покой, отдых… Хочешь, летом куплю тебе путевку… на Минеральные воды? В Испанию, в Турцию?
Ксения: Я не хочу ехать в Турцию одна.
Николай: Я не могу с тобой путешествовать. У меня работа… Куча проблем. То сё.
Ксения: Хватит уже оправданий. Иди.
Николай: (радуется) Ну, вот и хорошо. Ну вот и правильно. Печалится не нужно7 Грустить не нужно. Я пошел разогревать машину. (идет к выходу, оборачивается) Ты сегодня была потрясающа. Как никогда… Я всё больше и больше тобой восхищаюсь, как женщиной. (он изображает, как они занимались с ней сексом) Ты такая прямо… рОковая женщина… Сочная, мягонькая… Мечта поэта.
Ксения: Я ненавижу тебя… Я ненавижу тебя, когда ты такой.
Николай: (походит к ней) Ксения, ненависть – это последнее чувство… Не надо говорить о том, в чем ты не уверена. (отходит от нее в сторону) У меня нет на тебя обиды. Я тебя люблю… (смотрит куда-то в окно) Я тебя люблю.
Ксения: Я видела тебя, как ты целовался со своей женой, как нежен ты был с ней…
Николай: Ты следила за много?
Ксения: Да.
Николай: Зачем? Что с тобой происходит?
Ксения молчит.
Николай: У тебя месячные на подходе?
Ксения: Нет.
Николай: А что тогда?
Ксения: Я беременна.

Николай шокирован, присаживает на край кровати и пристально смотрит в глаза Ксения.

Николай: (почти шёпотом) Кто тебе сказал?

Ксения глубоко вздыхает, плотно сжав губы, отводит взгляд в сторону, мол, какой же ты дурак.
Николай чешет голову, закрывает ладонью глаза, широко открывает рот, но не знает, не понимает, что сказать.

Ксения: (с улыбкой) Ты в шоке?
Николай: Типа, того.

Николай поднимается на ноги, два раза прохаживается из одного угла в другой.
Первая проходка – шоковая. Он идет, как пришибленный.
Вторая проходка – счастливая. Он идет и искренно радуется. Может быть, даже хлопает в ладоши. Нужно поискать жесты радости. Эйфория!
Третья проходка – настороженная. Мысли пошли не так в его голове. Он останавливается у стены, тупо смотрит в стену. Пять секунд, десять секунд.
Потом Коля поворачивается лицом к Ксении.

Николай: Но я не могу иметь детей. И ты это знаешь. Кто отец ребенка? У тебя еще, кто-нибудь был?
Ксения молчит.
Николай: (кричит) Кто у тебя был? Кто!? Отвечай.
Ксения: Ты мерзок. Ты знаешь, что у меня, кроме тебя, никого не было.
Николай: Не знаю. А откуда мне знать? Я ведь ночую дома.
Ксения: Ну да. Ты уходишь, а сюда на всю ночь заваливает табор мужчин…
Николай: Всё может быть. Ты в больнице была?
Ксения: Была.
Николай: Чё сказали?
Ксения: Беременна.
Николай: (на полном серьезе) А от кого ребенок не сказали?
Ксения: Нет, не сказали.
Николай покатывается со смеху. Успокаивается. Прыгает в кровать, закрывает лицо подушкой, потом отрывает подушку от лица. И улыбается во весь рот, как дегенерат.
Николай: А может, правда, мой?
Ксения улыбается.
Николай: Чё ты улыбаешься?
Ксения: (кивает) Твой.
Николай: И как мне теперь быть? У тебя есть предложения?
Ксения: Да.
Николай: (смеется) Чё – да?
Ксения: (смеется) Да.
Они некоторое время смеются вместе.
Николай: И чё?
Ксения: Вот так.
Николай: (пожимает плечами, хлопает в ладоши, корчит рожу) Да уж. Ничего смешного я не вижу. Ксения, это конец какой-то!.. Чё такое-то? (смеется) Почему ты не смеешься? (смех неожиданно прекращается, пауза, он на полном серьезе) И что теперь?
Ксения: Я не знаю.
Николай: А кто знает?
Ксения: Подумай.
Николай: Чё-то не получается подумать. Мысли как будто повыскакивали из головы. Ты, значит, с всей ответственностью заявляешь, что ребенок мой. От жены у меня детей нет. В больнице мне поставили диагноз – бесплоден. Или как-то так. Что ты на это скажешь, Солнце мое?
Ксения: Я не доктор, но я беременна… от тебя.
Николай: (неожиданно громко хлопает в ладоши, вскакивает на ноги, кричит) Ай да хорошо. Хочу такой правды!

У Николая на смартфоне включается музыка, которая сигнализирует о звонке.

Он кладет светящийся сигналом смартфон на кровать. Высвечивает «Моя Марина» и портрет красивой женщины, намекаем, что звонит жена, но точного ответа нет.

Николай: Не буду поднимать. Потанцуем.

Приглашает танцевать Ксению под музыка звонка со своего смартфона. Они танцуют.

Николай: (в танце) Помнишь, как мы встретились случайно у моего друга… Спонтанно всё получилось. Напились там, и стали… (смеется) танцевать в пять часов утра… Помнишь? (смеется) Слышу, соседи стучатся, а мы не открываем. Танцуем. (музыка звонка с телефона прекращается, но Николай и Ксения продолжают танцевать) Вот весело было. Хорошие были времена. (пауза) Я после этого целую неделю не мог найти себе места. Тогда я понял, что влюбился.
Ксения: (серьезно) Помню. Ты был другой… Ты был гораздо худее, чем сейчас. У тебя лицо было молодое…
Николай: Но я стал старше… Этого стоило ожидать, что я поправлюсь, что окрепну… Мне тридцать, Ксения. Я возмужал. Я окреп.
Ксения: Да.
Николай: Чё, да?!
Ксения: Ты хороший.
Николай: (танцуют) Я хороший. А ты прекрасна. И беременна. О, боже.
Ксения: (прекращает танце без музыки) И беременна. Я любовница уже два года…
Николай: (становится перед ней на колени) Ты не любовница. Ты больше, чем любовница.
Ксения: Почему?
Николай: (прыгает в кресло, распечатывает конфетку, засовывает ее себе за щеку) Потому что ты самая лучшая женщина на свете. И я тебя люблю больше жизни.
Ксения: (подсаживается к нему поближе на корточки) Я тебя тоже люблю.
Николай: Ты потрясающая женщина. Когда мне мои убогие друзья сказали, что ты этому дала, этому дала, этому дала… Я не поверил. Я в тебе был уверен… Они завидовали мне… У тебя такие глаза. Я люблю тебя…
Ксения: Я тебя тоже… Я, кстати, от тебя тоже была не в восторге. Вечно пьяный, то с пивом, то с коньяком, то с похмелья…
Николай: Но сейчас всё будет по-другому. Я буду с тобой… (гладит ее по животу) И с моим ребеночком. Все в нашей семье будет по-другому.
Ксения: Как? И в какой семье?

Опять звонит «Моя Марина» и звучит песня. Николай дико улыбается.

Николай: Потанцуем?
Ксения: Нет. Хватит. Ответь. Она ведь не отстанет.

Николай убавляет громкость звука на смартфоне.

Ксения: Ты не ответил. Как будет?
Николай: Так. (пауза) Моя жена говорила, что я не могу иметь детей. В больнице мне тоже самое сказали. Всё шло к тому, что я виноват. Мы сдавали какие-то гребаные анализы. Анализы подтвердили, что я, якобы, не способен к зачатию. Но. Одно НО. Сказали, что на 99 процентов. То есть один шанс из ста всё же оставался. И вот – зеро. Как оказалось, в тебе живет мой ребенок. Она мне всё время твердила: это твоя бесплодность… твоё пустое семя… Названивает мне.
Ксения: (отходит от него) И что?
Николай: Ерунда – все анализы. Теперь у меня будет ребенок. Я счастлив. Я её брошу.
Ксения: Кого?
Николай: Жену.
Ксения: Не жалко?
Николай: О чем ты говоришь? Тут у меня ребенок, там у меня пустота. Обязательно брошу. Я не могу жить с человеком, который не может продолжить род… А ты у меня молодец. Справилась. Ты мне станешь еще дороже. Как я заблуждался? Как же я заблуждался еще сегодня?
Ксения: (подходит к нему, прижимается) Ты мой хороший. Ты мой жестокий.
Николай: (встает на ноги, становится в позу поэта) Я уйду… Оставлю ей квартиру. А с тобой мы купим новую. Детскую комнату я обустрою по последним стандартам, с качелей, со всеми прибабахами…

Ксения кивает.

Николай: Я вынянчу его. Буду пеленки стирать, если надо. Я буду, знаешь, каким хорошим отцом. Я всё ему отдам… Тут недавно детский супермаркет открылся. Здоровская вещь. Я был там. Радовался, как ребенок. Там всё есть. Ребенка оттуда за уши не оттянешь. У меня и то руки зачесались, детство в жопе заиграло. (подходит опять к ней, обнимает ее ноги, кладет голову на колени к животу) Я тебя люблю, Ксения! Я твой навеки! Я всю свою жизнь буду носить тебя на руках. Она говорила, я не могу иметь детей… Она говорила, что я бесплоден… Сука такая… Елы-палы! Па-па-рапа-па-папа. Всё зашибись, душа моя! Здорово! Пусть наш ребенок родится здоровым. (поднимает голову) А он уже шевелится? Как ты думаешь – он чувствует меня? Он чувствует, что я тут несу всякую хрень?

Ксения не отвечает.

Николай: (улыбается, опять кладет голову на колени) Да. Весь мир перевернулся вверх ногами.
Ксения: А коты ее любишь?
Николай: (поднимается с колен) Кого?
Ксения: (показывает на смартфон) Твою Марину?
Николай: (решительно) Конечно, нет.
Ксения: А меня?
Николай: Конечно, да. Я тебе всегда об говорил, не стеснялся…
Ксения: Но ночевать ты всегда уходил домой.
Николай: Нуууу да. Теперь это в прошлом.

Опять звонит смартфон и опять лицо «Моей Марины».

Ксения: (приглашает его танцевать) Коля, скажи, ты хочешь от меня ребенка?
Николай: Очень.
Ксения: Как ты себе это представляешь?
Николай: Я разведусь. Мы начнем жизнь с белого листа. Марина не будет нас беспокоить. Нам ничего не будет мешать. Я устрою это. Я клянусь!
Ксения: Да?! Ты готов это сделать? (она прекращает танцевать, отходит от него, показывает на звонящий смартфон) Но ответь ей, скажи всю правду, скажи, что начинаешь новую жизнь, что любишь другую.

Николай нерешительно идет к смартфону. Звонок прекращается.

Николай: (с улыбкой) Всё.
Ксения: Так ты перезвони. Не стесняйся.
Николай: Перезвонить?
Ксения: Давай-давай. Куй железо, пока горячо.
Николай: (берет смартфон) Ладно, щас куйну.
Ксения: Куйни, не стесняйся меня. Ты же меня любишь. Куйни.
Николай: Люблю. И… это… куйну…

Николай нажимает на «Мою Марину» и долго не подносит смартфон к уху. Пот выступил на его лбу. Голос в трубке: «Алло, Володенька, ты где? Николай! Ответь, Володя? Ты меня слышишь, Володя? Мне полицию вызвать?» Николай весь телефонный разговор произносит как пришибленный.

Николай: (в трубку) Да, Марина. Привет. Говорит Коля.
В трубке: Что с тобой Коленька?
Николай: Всё хорошо.
В трубке: Что у тебя хорошо?
Николай: Всё хорошо.
В трубке: Что там? Тебя как будто на прицеле там держат.
Николай: Я ухожу от тебя.
В трубке: Как уходишь?
Николай: Ухожу. К другой женщине. Я ее… это… люблю. Всё. Мне пора. Пока.

Отключает смартфон. Присаживается на край кровати.
Николай: Солнце мое, принеси мне водички, а то я щас в обморок рухну.

Ксения уходит в кухню, приносит ему стакан воды, подает. Он берет и залпом выпивает.

Николай: (говорит тихо) Да. Я буду растить своего ребенка… Я буду его воспитывать… Забуду… Забуду о любви… Я знаю, что это не я виновен в её бесплодности… Я… Тут супермаркет недавно детский открыли. Хороший магазин. Я был, Ксения. Я видел. Глаза разбегаются. (прижимается к ее пузику) Можно я… я послушаю своего ребенка.

Ксения долго гладит его по голове.

Ксения: Нет никакого ребенка.

ЗТМ.


Сцена 2. Титр: Зеленый галстук

Персонажи: :
Володя, 30-40 лет Комната
Маруся
Объекты
Интерьер. Комната.
Темнота. Интим. Волна лирики. Поют птицы.
Щелкает зажигалка. Обнаженные мужчина и женщина. Два огонька сигарет.
Он зажигает вечерний свет. Она прячется под одеяло.
Ощущение неловкости. Два глаза моргают. Их зовут Володя и Маруся.

Володя: (отходит от зеркала, постукивает указательным пальцем по передним зубам) Времени нет залечить кариес. (включает свет) А я люблю при свете трахаться.
Внутренний голос: Денег нет залечить кариес. Пора валить.

Маруся: Почему ты смотришь на меня?
Внутренний голос: Мужчины меня больше не удовлетворяют.

Володя: Я знаю, чего ты хочешь.
Внутренний голос: Мне хорошо и ладно.

Маруся: У меня ладони вспотели. В висках стучит. Как-то ерундово. Я хочу спать. А ты говоришь глупости.
Внутренний голос: Не надо мне ничего… Ты хуже мастурбации.

Николай: Не волнуйся. Я знаю, говорить правду не всегда нужно.
Внутренний голос: Поиграть в философию.

Маруся: Да, нет… Мне хорошо. Мне достаточно…
Внутренний голос: Если ничего не умеешь делать, можно и пофилософствовать.

Володя: Всё получилось, конечно, слишком быстро. Но мы не виделись семь лет… Я переволновался. Как-то не так у нас всё получается.
Внутренний голос: Сука, и я перед тобой еще оправдываюсь! Скажи – спасибо. Ну, я… гм… перевозбудился. И что теперь делать?

Маруся встает раздвигает шторы. За окном улыбается полная луна, небо обозначено капиллярами звезд. Она быстро отходит от окна, подходит к нему, легко касается его лица.

Маруся: У тебя появились морщины.
Внутренний голос: Стареешь.

Володя: А ты не изменилась.
Внутренний голос: Ты тоже не помолодела.

Маруся: Врешь.
Внутренний голос: Противно.

Володя: Уже полночь.
Внутренний голос: Пора валить.

Маруся: Да, конечно. (начинает одеваться) Ты уже заплатил за номер?
Внутренний голос: Конечно, нужно идти домой. Из меня вытекает его сперма. Противно. Оставаться здесь выше моих сил.

Володя: Обязательно.
Внутренний голос: Кто бы меня впустил без предварительной оплаты.

Маруся: Я знала, что мы когда-нибудь встретимся. Чувствовала это.
Внутренний голос: Зачем я легла с тобой в постель?

Володя: Представь себе, я даже искал встречи.
Внутренний голос: Я тогда, в институте тебе еще мечтал вдуть.

Маруся: Конечно, врешь. Ты женат?
Внутренний голос: Рубашка не глажена. Брюки помяты…

Володя: Разведен. (начинает одеваться)
Внутренний голос: Зачем я тебе буду рассказывать о своей новой женщине?

Маруся: Что так?
Внутренний голос: Она от него ушла.

Володя: Бывает – люди женятся, им кажется, что они любят друг друга, у них много общего. (достает еще одну сигарету, закуривает) Проходит время. Они становятся более требовательны друг к другу. Компромисс – невыносимая штука. Одни и те же глаза в ночи, одни и те же споры, одни и те же выводы. Потом – истерика, слезы, нервы, маты… Её маме кажется, что я невыносимый человек. Мне кажется, что её мама – сука. Всем всё кажется. Ужас! После ссоры неспокойный огонек сигареты в темноте… Утром не легче. Днем находятся моментально друзья-товарищи… И ты заливаешь горе, чем придется. Водка, вино, коктейли... Бесконечно это продолжаться не может.
Внутренний голос: Послушай сказку, детка. Я много курю. Она, видимо, заметила, что я курю недорогие сигареты. А может я люблю такие? Она любила ежедневный секс. А я любил посидеть за кружечкой пива. Мы разошлись.

Маруся: И ты уходишь от неё.
Внутренний голос: Я бы тоже так сделала.

Володя: И я ухожу от неё.
Внутренний голос: Она меня выгнала.

Маруся: Ты ей отдаешь квартиру, автомобиль оставляешь себе.
Внутренний голос: Как будто.

Володя: Машины не было, квартира тещина.
Внутренний голос: Нечего хитрить.

Маруся: Это легче. А дети?
Внутренний голос: Думаю, у неё не хватило смелости от тебя родить. Не под то у него руки заточены.

Володя: Она не могла иметь детей. (завязывает на себе зеленый галстук) От неё остался подарок – зелёный галстук. Она знала, что не ненавижу зеленый цвет, но всё равно купила мне в подарок зеленый галстук. Я смолчал. Я вынес. И теперь, когда с утра встаю со скверным настроением надеваю этот зеленый галстук. Это такой своеобразный мазохизм.
Внутренний голос: Что ты смотришь на меня, подруга семиструнная? Люблю я жить. Не работать, не гнуть шею в поте лица, а жить полноценной жизнью. У меня в крови аристократизм.

Володя: Ты изменился.
Внутренний голос: Мне безразлично.

Володя: Время такое.
Маруся: Что мы будем делать дальше?
Володя: Расскажи о себе.
Маруся: Не хочу.
Володя: Одна живешь?
Маруся: Вдвоем.
Володя: Счастлива?
Маруся: Безумно.
Володя: Мне казалось, что любовь закончилась.
Маруся: Вот как. А оказывается?
Володя: Я тебя люблю.
Маруся: А дальше?
Володя: И дальше буду любить.
Маруся: Только теперь это придется делать издалека. Я уезжаю. Навсегда.
Володя: Куда?
Маруся: В Канаду.
Володя: А что ты там будешь делать?
Маруся: Посуду мыть или дворы подметать… Или кофе подавать. Или замуж выйду. Или пойду работать проституткой. Выгляжу я пока прилично, до бальзаковского возраста далеко. Как ты думаешь?
Володя: А что проституткой нельзя работать у нас?
Маруся: У Вас скучно. Я знаю здешние нравы. Я знаю варварские обычаи. А там я буду деликатесом. Такая сибирская тигрица!
Володя: Ты думаешь, там нет проблем с дрессировщиками?
Маруся: Я уверена в этом.
Володя: Прости, но, по-моему, там таких сибирских тигриц уже больше положенного.
Маруся: Я не обижаюсь на тебя.
Володя: Прости еще раз. Но мне становится обидно, когда такая, казалось бы, преуспевающая дама как ты хочет посвятить свою жизнь древнейшей профессии.
Маруся: Всё уже в прошлом: и успех, и деньги, и шик… И в глазах уже, видимо, блеска нет. Посмотри мне в глаза. Блестят?
Володя: Ты думаешь, в России всё так безнадежно?
Маруся: Но я так хочу. Понимаешь?
Володя: По-моему, глупо. Где родился, там и пригодился.
Маруся: Но я так хочу.
Володя: Ну почему? У тебя же образование, опыт…
Маруся: Да фигня это всё.
Володя: Неужели нет никакого другого выхода у нас в России?
Маруся: Не надо меня уговаривать. Ты, как мой папа. Тебе какая разница?
Володя: Как какая? Большая. Когда ты собираешься ехать?
Маруся: Скоро.
Володя: Если решила – надо ехать.
Маруся: Почему ты мне не скажешь – не бойся я с тобой?
Володя: А тебе этого хочется?
Маруся: Но ты этого не можешь сказать. Ты слишком слабый. Ты не любишь слова: должен и обязан. Ты потешил своё самолюбие тем, что я тебе вот так вот запросто дала. В твоем списке одной женщиной стало больше. И всё.
Володя: Красиво сочиняешь. А что ты скажешь, если я тебя люблю?
Маруся: А дальше?
Володя: И дальше буду любить.
Маруся: Ладно, я ухожу.
Володя: Подожди. Что я могу сделать для тебя?
Маруся: Мне нужна тысяча. Тысяча баксов.
Володя: Зачем?
Маруся: Наша бесплатная медицина требует пожертвований.
Володя: А что произошло?
Маруся: Мой сын серьезно болен.
Володя: У тебя есть сын?
Маруся: Да, бывает. Люди женятся. Им кажется, что они любят друг друга, у них много общего, в том числе сын. Вдруг что-то случается. А дальше стандартный вариант – только без зеленого галстука.
Володя: А что если взять кредит в банке? Ну, есть же какие-то страховые компании?
Маруся: Да. Но это Россия. Здесь человек только звучит гордо, а живет он плохо.
Володя: Ты не права. Россия – это великая страна!
Маруся: А никто и не сомневается в её величии.
Володя: Что-нибудь надо придумать.
Маруся: Что придумать. У меня уже руки опустились, сон пропал, хочется выть от безысходности.
Володя: Я что-нибудь обязательно придумаю.
Маруся: Придумай. (пауза) Придумал?
Володя: Нет.
Маруся: Ну ладно. Придумаешь – позвони.
Володя: Нет. Подожди. А где гарантия, что за границей будут деньги?
Маруся: Гарантий нет.
Володя: Так что же?
Маруся: Нет выхода. Понимаешь?
Володя: Выход всегда должен быть. Я постараюсь что-нибудь придумать.
Маруся: Что ты можешь придумать?
Володя: А почему нет?
Маруся: Я же вижу, ты тоже подумываешь свалить за границу.
Володя: Я еще не решил. Но мне тоже нужна тысяча баксов, иначе я недвижим. Иначе я не могу разбежаться, чтобы броситься в этот мир.
Маруся: А ждет ли нас с тобой мир?
Володя: Когда у тебя в кармане тысяча баксов, тебе и море по колено.
Маруся: Смотри, как. Родились мы с тобой в СССР, воспитались в перестройку, а стали взрослыми уже в России. Кто мы с тобой? Граждане мира, которые мечтают о тысяче баксов? Эмигранты изначально. Чужие люди. Знаешь, я не разу не ходила на выборы. Я не верю этому. Демократия в России – это миф. Мы азиаты. У нас слёзы в крови текут. Мы плачущая нация. А я не хочу жить там, где плачут. До свидания.
(направляется к выходу, потом резко оборачивается)
Подари мне этот зеленый галстук.
(он, не задавая лишних вопросов, снимает с себя галстук, отдает ей)
Володя: Я что-нибудь придумаю.
Маруся: Вряд ли.
Володя: Я люблю тебя.
Маруся: А дальше?
Володя: И дальше буду любить. (пауза) Скоро брат умрет, тогда у меня всё будет.

Она уходит. Он берет телефон, набирает.

Володя: Принесите мне кофе, пожалуйста. Нет, лучше пива. Прощу прощенья, а могу ли я заказать девочек? Будьте так добры. Я жду.

ЗТМ.




Сцена 3. Титр: Детства моего чистые глазёнки…

Флешбэк

Персонажи:
Николай – 20 лет
Володя – 20 лет
Бабуля – 65 лет
Лиза (жена брата Володи) – 25 лет

Провинция. Время действия: 1993 год.

Интерьер. Замусоренный подъезд, лестница вверх, ступеньки, грязные перила, площадка, крашенные зеленым стены с надписями, типа «Пахан – казел», «Машка я тебя Люблю!!!» «Гондеш – 1993», «покажу жопу звоните 73-73-28», «сделаю минет 45-89-50», «Довайте ходить босиком», ряды синих не первой свежести почтовых ящиков, перекошенная синяя батарея, грязное окно, разбитое стекло. На ступеньках напротив друг друга стоят молодые люди, лет семнадцати. Один повыше, покрепче, волос посветлее – зовут НИКОЛАЕМ. Другой пошустрее, черноголовый, не знает куда руки деть – зовут ВОЛОДЕЙ.
Эти молодые люди НИКОЛАЙ и ВОЛОДЯ из первых двух сцен.

Титр: 1993

Николай: Прикинь, Вован, я вышел на улицу… Не знаю, что со мной… у меня внутри случилось в тот момент… Меня вдруг так затрясло, затрясло. Я заорал: «Ага!» Громко так крикнул. Пошел через дорогу… Вижу идет молодая… девушка. «Ты чё – говорю – девушка!» Она улыбнулась мне так… скромно. «Пойдем – говорю – со мной» Та достает баллончик газовый… И в морду мне… Пшик! У меня всё вот тут зажгло. Похерело мне сразу. Я говорю: «Ты чё, дура!» А она мне еще больше – пщик! Сумкой по башке ударила и бежать. А у меня слезы бегут, сопли бегут… Невозможно просто… Я опустился на асфальт, сел… Плачу сижу. Нафига только я вышел в этот момент?..
Володя: (смеется) Ты чё, Николай, так и не скумекал, чё за баба? (от смеха присаживается на корточки) Вот это ты даешь! Незнакомка та-акая!..
Николай: Чё ты ржешь?! Вот тебе, Вован, когда-нибудь пшикали в морду из баллончика?
Володя: (смеется) Нет, Колян, я на непроверенных чиксов «Ага!» не кричу, с собой не зову…
Николай: А я вот позвал… один раз. Попробовал. (тоже засмеялся) Я ей главное говорю: «Пойдем со мной…» Думаю – продолжу сейчас, мол, в кафешку посидим, полалакаем… Тоси-боси. А она – в сумочку за баллончиком. Я не успел сообразить сразу-то.
Володя: (в момент успокаивается) Слушай, Николай, а ты бы на полном серьезе с такой телкой задружил? Ну, чтобы там на ночь… шурум-бурум, ути-пути. (опять смеется) Такую и не страшно домой отпускать одну. Такая любого кабана завалит.
Николай: (присаживается на ступеньку) Я её опять вчера видел, Вов. Прикинь… Я её вычислил вчера после техноря. Это она была точно. Я её ни с кем не мог спутать.
Володя: (тоже успокоился) Я хочу на неё посмотреть. Как она из себя выглядит? Ничего? 90-60-90?
Николай: Мне не до этого было тогда. Я толком и не успел разглядеть. Вчера тоже мельком увидел – как она в универ зашла.
Володя: Ну, Николай, знаешь сколько в универе человек учится? А вдруг она в гости к кому-нибудь… Или дочка профессора… Или просто пописить… Самое мудрое, если хочешь ссать, и ты молод, заходи в ВУЗ, сойдешь за своего, спроси у какого-нибудь студента, где туалет, иди ссы… Всё на мази. Бесплатно.
Николай: Ты думаешь в её в голове может быть такое, как у тебя… Только ты можешь такую фигню придумать. Она лучше пойдет в платный сортир, отдаст копейки. И совесть чиста, и мелочи не жалко…
Володя: Ты странный, Николай. А вдруг у неё нет этих копеек, а приспичило так, что жить невыносимо…
Николай: Всё равно она так не сделает…
Володя: А чё? Чё ей делать? Обосываться что ли посереди дороги? Представь себе такую ситуацию – ни одного общественного сортира в пределах трех километров. Не бывает, типа, такого?
Николай: Бывает.
Володя: Я тебе чё и говорю – надо идти ссать в общественное учреждение… Это мы с тобой можем зайти за дом, встать к стеночке и пожурчать. А ей-то непросто это сделать. У баб вообще конструкция… структура тела интересная.
Николай: (мечтательно вздыхает) Да, очень интересная.

По лестнице спускается эффектная Лиза (всё при ней – звезда)

Володя: Здравствуй, Лиза.
Лиза: Привет. Саша просил позвонить. Ему нужна твоя помощь.
Володя: Ладно.

Лиза уходит, хлопает дверь подъезда.

Николай: (в шоке от красоты Лизы) Кто это?
Володя: Да, чикса брата. Сашкина новая тёлка.
Николай: Офигеть! Я бы ей вдул.
Володя: Я бы ей тоже вдул. (присаживается рядом на ступеньку, хлопает Колю по плечу) Ну, дак чего, Николай, мы будем делать с твоей незнакомкой?
Николай: Искать надо, Вован.
Володя: Правильно. И я тебе в этом помогу. Мне пока делать нечего. У тебя есть шанежки?
Николай: Шанежки… (гремит в кармане мелочью) Есть маненько. А ты чё хотел?
Володя: Поехали в универ.
Николай: Ты чё, Вован! Совсем что ли… Время семь часов… Какой универ? Там уже, наверное, одни вечерники…
Володя: Смотри, Коляка, проворонишь свое счастье. А вдруг - она тебя там ждет… Стоит одна – одинокая… (смеется) А в руках баллончик – кому, бы думает, еще зафигарить в морду.
Николай: (слегка ударяет его кулаком по плечу) Чё ты гонишь?!
Володя: (смеясь, отскакивает в сторону) Счастья своего нужно добиваться. Хотя… ты, можно сказать, уже добился… получил свою дозу газа в морду.
Николай: Вован, а ты представляешь себе, чё такое «приватизация»?
Володя: Мне кажется – это как из баллона в морду – пшик!
Николай: Да не… Я серьезно.
Володя: Управлять всем теперь будут акционеры… Типа. Всё будет на мази.
Николай: А ты куда свой ваучер дел?
Володя: Я не знаю, Колян, батя, по-моему, на колбасу выменял у какого-то барыги… или на водку. (раздражается) Да дались тебе эти ваучеры. Бумажки…
В подъезде хлопнула дверь, слышны шаги, ребята замолкают, через некоторое время на лестнице появляется толстая бабушка с авоськами.
Бабушка: Чего стоите – стены подпираете.
Володя: Ждем, когда от наших ваучеров дивиденды пойдут… (ребята вместе засмеялись)
Бабушка: (остановилась) Ржете… ну, веселитесь, развлекайтесь… Все стены поисписали… Бездельники. Какого черта вы тут делаете?
Володя: А ты, бабка, этот подъезд приватизировала что ли?
Бабушка: Умные стали. Сталина на вас нету!
Володя: Ой, боюс-боюс. Войны на нас тоже нету…
Бабушка: Войны на вас нету.
Володя: Зато у нас приватизация. Вот ты, бабушка, знаешь, чё такое «приватизация»? Вот мой кореш интересуется.
Бабушка: Не нужно мне это. Мне пенсию платите вовремя, и черножопых с рынка уберите… Все ведь только себе хапнуть. Эльцин тоже…
Володя: То рыночная экономика, бабка… Всё просто – купил подешевле, продал подороже.
Бабушка: Вот видишь – вы теперя ученые все стали. А мне всё одно хочется, чтобы старое время воротилось.
Володя: Вот послухай сюды, бабушка, я тебе историю расскажу. Мой кореш хотел познакомиться на улице с девушкой… Вот он – собственной персоной. (показывает на Колю) Подошел к ней, предложил ей руку и сердце, а она… совершенно неожиданно… достает газовый баллон – пшик в морду… Вот тебе и любовь, бабушка!
Бабушка: А баллон-то… газовый – это чё?
Володя: (смеется) Это, типа, дихлофоса - только помощнее.
Бабушка: Диклофосом по лицу… совсем уже с ума посходили.
Володя: Такая жизня теперя.
Бабушка: (обращается к Коле, тот сидит на ступеньках) Ну и как ты теперя себя чувствуешь, сынок? После диклофосу…
Володя: (врывается, опережает Колю) Теперя… Как муха. Заболел вот видишь. Давай, бабушка, я тебе помогу донести твои баулы до куда нужно. (хочет взять сумки, бабушка не отдает) Давай помогу. Какой этаж?
Бабушка: (через какие-то доли сомнения доверяет ему две своих сетки) Четвертый. (смотрит на Колю) Тебе надо молочка попить, виш, бледный какой… (поднимается вверх по лестнице за Володей) Совсем одичали люди, диклафосом в лицо…
Бабушка и Володя исчезают. Слышны лишь их шаги.
Николай: (один) Если бы знать, кто она была – эта незнакомка. Увидеть бы её сейчас опять… увидеть и умереть… Чё бы я сделал? Я бы подошел к ней, прижал бы её к себе, поцеловал… крепко-крепко. Она бы и не сообразила, чё у неё есть баллон, чё от меня надо защищаться… От меня надо удовольствие получать. Оргазм. А вдруг… Нет, этого не может быть. Сколько сейчас время? Всяко уже около восьми. В универ?.. Что ли… А вдруг она, правда, меня там ждет!
Володя: (появляется на площадке) Ну, чё, Николай, щас бы по пивку… правда?!
Николай: А может в универ поехать, Вован?
Володя: Ты чё офигел что ли – время девятый час…
Николай: Ты чё?! Только семь было…
Володя: Семь было полтора часа назад.
Николай: Да, правильно – поздно…
Володя: Не… ну… если хочешь, поехали.
Николай: Да ну… Поздно. Пошли к брателам. Может они нас спиртягой порадуют. Тошно чё-то. (идет к выходу и исчезает)
Володя: Щас я. (достает из кармана монету, вырезает надпись: «Колек + НЕЗНАКОМКА = любовь»

Сцена 4. Титр: Саша

Персонажи: Интерьер:
Володя
Саша (старший)

Саша прижимает Володю к стене. Рукой держит его горло.

Саша: Лиза сказала, что ты на нее пялишься!
Володя: (испуган) Ничё я на нее не пялюсь.
Саша: А дружок твой?
Володя: Кто? Коляка что ли? Зачем ему это надо?
Саша: Вот и не пялься на моих баб. Понял!?
Володя: Да нафиг они мне нужны.
Саша: Чего?
Володя: В смысле, тебе же они нужнее. Они же твои.
Саша: Только попробуй еще раз.

Саша отпускает Володю. Володя приходит в себя. Выходит на улицу.

Сцена 5. Лиза и Саша.

Володя выходит на улицу. Лиза садится в Сашину машину (по меркам 90-х годов – крутую)
Лиза с презрением смотрит на Володю. Машина уезжает.


Сцена 6. Титр: Старые Атаги. 1995 год

Персонажи:
Николай
Серега
Капитан Синицын

1995 год. Старые Атаги. 324-ый мотострелковый полк.
Полуразрушенный одноэтажный панельный дом, два окошка без стекол.
Два солдата с АКМ –7,62, в униформе сидят около стены. Возмужавший, коротко стриженный Николай. Плотный, с крупными чертами лица – Сергей Левченко.

Сергей: Николай, ты о чем думаешь?
Николай: Думаю о том, что сейчас снова начнется… Очередная мина может быть наша.
Сергей: От разрыва мины, наверно, легче умирать, чем от ножевого ранения…
Николай: (улыбается) Смерть от взрыва – это даже удовольствие… В сравнении с тем, что… Тонуть всяко тяжелее.
Сергей: А я больше всего боюсь, что мне кишки разорвет. Вот мы уже второй раз в переделке. Лежим, ждем смерти. И я специально ничего не ем. Так комбат говорит.
пауза
Сергей: Ты о чем думаешь, Николай?
Николай: Я о женщине, об одной думаю.
Сергей: Ты женат что ли?
Николай: Нет.
Сергей: Тебя телка на Родине ждет?
Николай: Да нет. Никто меня не ждет.
Сергей: Ну, ты её хоть трахал?
Николай: Нет, я её видел два раза в жизни.
Сергей: Ну, тогда ты пургу гонишь, братан, – перед минометным обстрелом думать о бабе, которую даже не пробовал. Надо думать о тех бабах, которые тебе давали, которые тебя любили… О тех чиксах, запах которых ты помнишь. Вот о чем надо думать, Николай. (пауза) Вот у меня была баба однажды, блин, уписиться! Она подо мной так извивалась. Я думал она с ума сойдет… от любви. (пауза) Ты видел, какие наши «Грады» сегодня проезжали. Вот это машина!!! Да?! Наш полкан с таким восхищением смотрел, как они проезжали мимо нашей роты… Я думал, расплачется.
(пауза)
Сергей: Николай, ты о чем думаешь?
Николай: О матери.
Сергей: Врешь, Николай! Ты о чиксе своей думаешь, которую видел всего два раза в жизни.
Николай: Слушай, Левча, а соври-ка мне – была ли в твоей жизни женщина, чтобы она тебе так глубоко запала в душу… Не такая, которая под тобой, как змея вьётся, а которая, чтоб по любви… (вдруг раздается взрыв мины) что аж, дышать не можется. Была у тебя такая баба? (пауза, Сергей не шевелиться, из уголка губ полилась струйка крови) Молчишь. А вот у меня была. (взорвалась еще одна мина, на что Николай не обращает внимания) Тогда было зашибись… Гражданка. Свобода. Мы с корешами водку хлестали непомерно. Я тебе раньше не рассказывал этот случай. Неловко как-то было… А сейчас… Мне было тогда, по-моему, семнадцать лет… Я вышел на улицу… Не знаю, что со мной… у меня внутри случилось в тот момент… Меня вдруг так затрясло, затрясло. (взорвалась мина) Я заорал: «Ага!» Громко так крикнул. Пошел через дорогу… Вижу идет молодая… девушка. Глаза!!! Издалека видно, что это бескрайние пропасти. Губы – непередаваемой красоты! «Хочу с Вами познакомиться, – говорю – девушка!» Она улыбнулась мне так… скромно. «Пойдемте – говорю – со мной…» Не договорил еще… Та достает баллончик… (смеется, взорвалась еще одна мина, сверху что-то посыпалось) представляешь, газовый… И в морду мне… Пшик! У меня всё вот тут зажгло. Похерело мне сразу. Я говорю: «Ты чё… Вы чего, говорю, девушка!» А она мне еще больше – пщик! Сумкой по башке ударила и бежать. А у меня слезы бегут, сопли бегут… Невозможно просто… Я опустился на асфальт, сел… Плачу сижу. Я полюбил её, Левча. (Пауза) Такие дела. Мне тогда мой друг Вован говорил, что бы я её поехал искать. Самое главное, что ведь я её второй раз видел. В универе… (взорвалась мина) в нашем… (взорвалась мина) Кемеровском. Я думал – найду потом. А Вован говорит – она, говорит, может по маленькой нужде в универ заходила. Чё ж она… совсем что ли. Вован мне говорит – это мы с тобой, Колян, можем к стенке прислониться и посать. А ей надо искать более укромное место… (взрыв мины) Потому как у них, у девушек конструкция, структура тела другая… (взрыв, смеется) Я ведь так и не был потом в этом универе. Так как-то… В душе надежда… (взрыв) теплиться. Что ты думаешь на этот счет, Серёга? (пауза) Может мне надо было сходить всё-таки в универ? (пауза)

Николай трясет Сергея. Тот падает. Николай пробует его пульс. Лицо Колю спокойно.

Появляется капитан Синицын, ползет по-пластунски, изредка поднимая голову, подползает к Коле, присаживается сбоку.

Синицын: Ну, вы чё, мелкота? (взрыв мины) Как вам такая войнушка?
Николай: Херовая войнушка.
Синицын: Мне-то уже поздно играть в такие игры.
Николай: А нам рано, товарищ капитан. (пауза) Рядовой Левченко уже наигрался, лейтенант.

Лейтенант приподнимается, перелезает через Колю, трогает пульс Сергея, отползает назад.

Николай: Чё теперь делать?
Синицын: Чё-чё. Ждать. (взрыв мины)

Николай вдруг начинает громко смеяться.

Синицын: (одергивает его) Ты чё, Петров! Солдат! Бляха-муха!
Николай: (успокаивается) Я вот чё думаю, капитан: они ведь тоже наши – чеченцы… Они ведь тоже русские…
Синицын: Почему русские?
Николай: Ну, не русские… А в смысле… тоже в России живут. А нас в полку, где я сначала служил… У нас, кстати, тоже на минометчиков учили. (взрыв мины) Когда я служил в Пскове – у нас в роте был чечен один. Хороший человек – надо сказать. Мы с ним иногда на посту стояли по соседству, у меня пост №2, у него №3 – встречались возле колючки… Болтали, то есть. Он мне рассказывал, как у него на Родине хорошо. В гости звал после службы… Он, интересно так, с акцентом… Однажды даже тушенку из одной банки жрали. И может быть сейчас его брат стреляет в нас из миномета… Может быть его брат убил сейчас моего кореша Серегу. А капитан?
Синицын: Тут, солдат, вопрос… У меня, Петров, тоже среди чеченцев есть друзья, сослуживцы… Офицеры… Где они? Кто его знает. Может тоже командуют по ту сторону фронта. Когда Родина приказывает…
Николай: Так значит, капитан, у нас с чеченцами разные Родины?
Синицын: Получается так.
Николай: (вытирает с лица пот) Офигеть. Мы служили с чеченом в одном полку, давали присягу, а оказывается у нас разные Родины. Ну, ладно мы бы были наемниками… За шанежки… (пауза) Чё-то не получается…
Синицын: Слушай, солдат, мозги мне не компостируй! (перелезает к мертвому телу Сергея, трясет его, кричит) Ты видишь вот это, солдат! Видишь!
Николай: Вижу. (взрыв мины)
Синицын: Какого хера ты мне философствуешь тут!
Николай встает, бросает автомат на бетонный пол, отряхивает одежду, идет к выходу.
Синицын: Солдат, ты куда? Петров…
Николай: Спросить, где их Родина? Я ведь с тем чеченом находил общий язык. Мы ведь были… почти друзья…

Мощный взрыв мины. Посыпалось с потолка.
Синицын: Дурак!
Капитан Синицын резко встает, хватает Колю за плечи, пригибает к земле. В этот момент еще раздается взрыв, капитан хватается за живот, кричит, оседает на землю.

Синицын: (кричит со всей мочи) Всё!
Николай: (испугавшись, присаживаясь перед капитаном на корточки) Товарищ капитан, чё… как… (достает медицинскую сумочку – из неё бинты, марлю) Как же это так, капитан?!
Синицын: (тяжело дыша) Ты, солдат, говоришь… пусть, Петров, бывает… Родина… Ты – баран тупорылый!
Николай: Я знаю, капитан… Чё мне делать-то, капитан?!
Синицын: Жди… когда всё закончиться.
Николай: А когда кончиться? (поднимается во весь рост) Я щас сбегаю, капитан… Ты… Вы не подумайте, я вас не брошу. Я щас. (идет спиной к выходу) Подождите меня здесь. Щас-щас.
Убегает.

Сцена 7. Титр: Лена

Персонажи:
Николай
Елена - снайпер

1995 год. Старые Атаги.
Пустырь, полуразрушенный каменный дом.
Изредка вдали слышны взрывы мин...

Николай ведет связанную по рукам молодую, славянской внешности девушку лет двадцати. На груди у Колю висит АКМ калибра 7,62, за спиной СВД калибра 7,62 с оптическим прицелом.

Николай: (останавливаясь, усадил девушку на землю, сам сел неподалеку) Слушай, а ты красивая. Как тебя зовут?
Девушка: Лена.
Николай: Как тебя сюда занесло?
Елена: Ветром.
Николай: Ты со мной помягче. А то ведь я могу тебя не довести…
Елена: Пусть…
Николай: Чё пусть-то? Пусть… Ты чё сюда приехала? Мужиков, типа, ненавидишь?
Елена: Нет. Деньги люблю.
Николай: Я тоже люблю. Но как…
Елена: Я сильно люблю.
Николай: Я бы Родину не продал из-за денег…
Елена: Я в Полтаве живу.
Николай: А Полтава – это где?
Елена: Украина.
Николай: А! У вас у хохлов с чеченами всё на мази, типа?
Елена: Отпусти меня, солдат.
Николай: (смеется) Ты красивая, елки-палки. Тебя там поди полевые командиры драли во все щели?..
Елена встает, Николай резко подрывается, направляет на неё автомат.
Николай: Чё ты?.. Чё ты… Сука!
Елена: А тебя как зовут?
Николай: Мартыном.
Елена: А тебя, Мартын, девушка из армии ждет?
Николай: Нет. Я девушек не люблю.
Елена: (сделала шаг к нему) Врешь.
Николай: Я пацанов люблю…
Елена: Врешь.
Николай: Неужели ты думаешь, я сейчас поддамся… Типа, твои чары, что ли… Ты дура, блин! У меня сегодня друга Серегу убили… (метиться в неё из автомата) Я вообще могу… (передергивает затвор, метиться в неё, потом опускает автомат) Но нет… Я тебя нашим уведу. (пауза) Я тебе еще спокойный попался. А знаешь, как у нас в полку относятся к «белым колготкам»? Ебит твою мать, как относятся.
Елена: Я не боюсь… смерти…
Николай: Ого-го-го… Смерти – это мягко сказано. (пауза) А слушай… Как, говоришь, тебя зовут?
Елена: Развяжи мне руки.
Николай: (развязывая ей руки) Ухоженные…
Елена улыбается. Когда руки развязаны, она потирает натертые места у запястья.
Николай: (садится на землю) Как, г-ришь, тебя зовут?
Елена: Лена.
Николай: Лен, скажи мне, как есть на духу, у нас ведь с тобой была одна Родина… Была?
Елена: Была.
Николай: Мы с одним чеченом на соседних постах стояли… Я на втором, он на третьем… Болтали там о разном… Тушенку ели из одной банки… И сейчас воюем… С тобой тоже. Ведь мы же славяне. Тут вообще никакой вражды быть не может. А я тебя тут… на военной территории ловлю с «винторезом» с оптическим прицелом…
Елена: Мне нужны деньги…
Николай: Всем нужны деньги.
Елена: Мне нужно много денег…
Николай: Я не знаю…
Елена: (пытается пристроиться к нему поближе, опускается на колени, берет горсть земли, показывает на ладони) Послушай, солдатик, вот это чья земля?
Николай: Наша.
Елена: Чья наша?
Николай: Российская.
Елена: А чечены считают её своей.
Николай: И чё теперь?
Елена: Я помогаю им отвоевать её у России. Понял?
Николай: Ну, ты же в Полтаве родилась… Ты же кто чеченам?… Сестра?
Елена: Вот именно сестра.
Николай: Да дура ты! До денег жадная, а не сестра!

Николай в сердцах отворачивается от неё в сторону, бормочет что-то себе под нос. Елена бросается на Колю. Они начинают бороться, Елена кусается, рычит… Но Николай всё же справляется. Поднимается, ударяет ей прикладом по голове. Она падает на землю. Потом слегка приподнимается на локте, вытирает пот с лица.

Николай: Ты чё, Ленок? (пауза) Прыткая девица!
Садится с ней рядом.
Николай: А ты молодец! Мне уже одна прыткая такая года два назад попадалась… баллончиком мне – пшик – в морду… Сумкой по башке. И бежать. Я плачу сижу…
Елена: (поднимается, плачет, ее лицо в крови) Отпусти меня… пожалуйста, я тебя очень прошу… Я ведь только недавно приехала сюда… Я еще никого не убила… Отпусти… я жить хочу…
Николай: Серега Левченко тоже жить хотел…
Елена: Но я не стреляла в Серегу.
Николай: Правильно. Его осколком от мины достало.
Елена: Я уеду к себе в Полтаву…
Николай: Девочка, ты чё мне на гниль давишь?
Елена: Я уеду к себе в Полтаву… (плачет) Я очень хотела заработать себе на свадьбу… Родить еще одного ребенка. В Полтаве нельзя заработать… (потом успокаивается, вытирает с лица кровь) Сделай мне ребенка, солдат.
Николай: (отскакивает в сторону) Ты чё! Совсем что ли крыши съехала?
Елена: Я так хочу.
Николай: Война идет, а мы будем детей делать… Тем более, что ты мой враг… Так сказать. У тебя кровь по лбу течет.
Елена: А я помоюсь… (вытирает кровь) Вымою лицо. Подкрашу губы. Я ведь красивая, правда?
Николай: (отдвигается) Я не знаю… На гражданке я бы мог тебя полюбить…
Елена: Ну, ты попробуй.
Николай: Да, не хочу я… пробовать.
Елена: А я очень хочу. Тебя как зовут?
Николай: (растеряно) Николай. (пауза) Николай Петров.
Елена: Коля, ты попробуй. Может быть я и есть твое счастье.
Николай: (растеряно) Счастье…
Елена: Ну, иди же ко мне. Я прижму тебя к себе. (раздвинула ноги показала ему свою промежность)
Николай: Ты думаешь…
Елена: Я уверена.

Николай сначала понемногу продвигается к ней, потом отворачивается, вскидывает автомат, направляет на неё…

Елена: (кричит) Иди же ко мне.

Николай делает короткую очередь. Голова Елены падает. Тело извивается на земле. Бьется в предсмертных судорогах. Николай долго смотрит на нее, потом проверяет ее карманы. Находит фотографию ребенка – мальчика. Кладет фото в свой карман.

Сцена 8. Титр: Свадьба

Персонажи:
Бабушка
Марина
Мама невесты

Массовка:
Гости

Свадьба. Выкуп невесты. Всё приготовлено. Родные, зятья, кумовья, братья, сестры, мамки, бабки бегают взад-вперед.
Молодая невеста Марина в красивом свадебном платье прихорашивается перед зеркалом.

Бабушка: (Марине) Ты, милка, хороша. Ой, как хороша.
Марина: Я, бабушка, ведь первый раз замуж выхожу…
Бабушка: А жениха мы твоего поглядим. Ой, сейчас поглядим.
Мама Марины: (на ходу) Хороший жених, бабушка, справный. Красивый. В Чечне воевал.
Бабушка: (с не доверием) Хоть не дурак?
Марина: Какой дурак, бабушка, он герой. У него медаль даже есть. Он сам не рассказывает о ней ничего. Но его друг, Володька, рассказал мне по секрету – это за то, что он капитана вынес с поля боя и снайпершу одну обезвредил…
Бабушка: А как это – обезвредил?
Марина: Ну, убил, бабушка.
Бабушка: Как убил?
Марина: Ну, вот так вот… Из автомата. Взял и выстрелил. И попал в точку.
Бабушка: То есть он, можно сказать, кого-то дочери лишил…
Марина: Ну, не надо, баба… Снайперши – это убийцы наемные в Чечне. Они, знаешь, сколько наших солдат поубивали. Они отовсюду нанимаются – с Украины, из Азербайджана, Белоруссии. Из Прибалтики бывшие спортсменки. Всем ведь деньги нужны, бабушка.
Бабушка: Неужто сейчас девки даже воюют. Чудеса! Но всё равно жалко девку. Могла ведь жить, детей рожать.
Марина: (присаживается перед бабушкой на корточки) Я за неё рожу, бабушка.

Суета в доме начинается еще больше, все кричат: «Жених приехал. Жених приехал»

ЗТМ.

Сцена 9. Титр: Наташа

Время действия – наши дни.

День.
Интерьер. Комната. Постель. Телик. Картины.

Снова пара. Ее зовут Наташа. Его – нашего знакомого – Николай.

* Наташа умна, ухожена, далеко не худа, но красива, хотя время берет свое. Скажем, так в 25 – она была супер красива. Сейчас ей, например, 35-40. Сколько ей можно дать? Может быть и 45.

И Наташа, и Николай люди состоявшиеся, полные, но обаятельные.

Николай и Наташа лежат в постели под одеялом. Смотрят телик. Прошло около получаса после секса. Она пьет сок. Он жует большой бургер, типа, «Биг тейси».

Наташа: (глядя в экран телевизора, говорит равнодушно) Речь в этой жизни идет только о двух вещах. О любви и о смерти.
Николай: (жует, тщательно прожевывает) Неа. Речь в этой жизни идет только о двух вещах. О деньгах и о сексе. И деньги я поставил на первое место. Обрати на это внимание. Наташа, Тебе оставить бургер?
Наташа: (с отвращением) Фу.
Николай: Чё?
Наташа: (с отвращением) С тебя крошки сыпятся.
Николай: (жует) На кошках спать полезно…
Наташа: На кошках?
Николай: (прожевав) На крошках спать полезно для кожи.
Наташа: С чего ты это взял?
Николай: В интернете писали.
Наташа: Кто писал в Интернете, что на крошках спать полезно?
Николай: Не помню. Но читал. Что, типа, для кожи полезно. Когда есть деньги и секс, по фигу на чем спать.
Наташа: (возмущенно) Чё ты несешь-то? Прекрати крошить на моей кровати.
Наташа надевает бюстгальтер, трусики. Олег молча ест бутерброд. По нему видно, что его задело. Он не смотрит в телик. Смотрит в окно, щурится.

Николай: (поворачивается к Наташе, с обидой) А с тебя песок сыпется.
Наташа: (возмущенно) Чё ты сказал!? А ну повтори!
Николай: Не повторю.
Наташа: Повтори, урод!
Николай: Нет.
Наташа: (кричит) Да!
Николай: (спокойно) Да, думаю твои соседи очень рады.
Наташа: Вот именно. Это МОИ соседи. А не твои.
Николай: Так они узнают больше интересного о тебе.
Наташа: Пусть узнают, кто мне в декабре перед прошлым новым годом подарил… венерический лимфогранулематоз. А? Кто такой сексуально озабоченный и перетрахал половину Нигерии?
Николай: А кто тебе сказал, что половину? Всю Нигерию натянул на болт. И откуда ты знаешь, что это я? Я сплю с тобой – месяц. Ровно – месяц.
Наташа: (отворачивается от него) Импотент с маленьким членом.
Николай: (возмущенно) Я? Я с маленьким членом!? Блядь, да мне прекрасная половина нашего департамента хочет в штаны залезть! Во как! Такая обо мне слава ходит. (нервничает, нервно доедает бургер) То есть ты на сто процентов уверена, что это я тебя заразил лимфо… это, мать его, …гранулё… лёматозом!?
Наташа: (отчетливо) Лимфо-грануле-матозом.
Николай: Да?
Наташа: Я на сто процентов уверена, что это ты. Кто в Нигерию без меня тогда в октябре летал? Кто про изящных… (показывает на себе, какие они изящные) …негритянок рассказывал?
Николай: (хлопает себя по коленям) Так и знал, сука. (грозит Наташе указательным пальцем) Так и знал, что нельзя тебе говорить всей правды. Я ж тебе как родному человеку поведал о том, что негритянки… негритоски эти… эти чёрные… ничего так себе…
Наташа: (изображает руками секс, как будто натягивает поводья на себя) Ничего так себе? Да?
Николай: (поднимает перед собой ладонь) Это лишь версия.
Наташа: Это правда. Горькая правда. Это значит, что ты меня не любишь.
Николай: Да, не люблю. Это тоже правда.
Наташа встает с кровати, руки в боки.
Наташа: Чё же ты тут лежишь, жрешь свой бургер?
Николай: Мы с тобой любовники.
Наташа: Мы любовники? Но ты меня не любишь.
Наташа идет на кухню, возвращается оттуда с бургером, типа, «Биг Тейси», садится в кровать, тупо смотрит в телик, страстно начинает есть бутерброд.
Николай смотрит на нее какое-то время, встает с кровати, выключает телевизор.

Николай: У тебя что… стресс?

Наташа ест бургер.

Николай: Ну ладно, если уж пошла такая массовка… я хотел тебе признаться. У меня – другой.

Наташа давится бургером. Николай приходит на помощь, хлопает ее по спине.

Наташа: (прокашливается) Другой?
Николай: Другой.
Наташа: Ты гей?
Николай: Жизнь познается со временем. Осознание своей сущности приходит не всегда вовремя.
Наташа: В тридцать пять? Но ты ведь ветеран войны.
Николай: Ну… с натяжкой.
Наташа: Ты понимаешь, что это каминг-аут и я не удержу это в себе?
Николай: Да.
Наташа: Это случилось Нигерии? Мне что нужно идти проверяться на ВИЧ?
Николай улыбается, пожимает плечами.
Наташа: И с кем же ты спишь?
Николай: По-разному.
Наташа: Угу. Ну, например?
Николай: Например, с Володей.
Наташа: С каким Володей?
Николай: С твоим бывшим - Володей. С моим лучшим другом.
Наташа: Ты не можешь спать с Володей. Я сплю с Володей.
Николай: Ты не спишь с Володей уже три или четыре года. Он уже два раза после тебя развелся.
Наташа: Ты спишь с Володей!?
Николай: Да. Я сплю с Володей.

Немая сцена. Наташа дожевывает бургер. Николай протягивает руку. Наташа делится с ним бургером. Николай и Наташа жуют бургер.

Наташа: (прожевав) Ты разрушил мою семью.
Николай: Я?
Наташа: Ты разрушил мою семью.

Николай не отвечает.

Наташа: В такой ответственный момент ты разрушил мою семью… Гадёныш…
Николай: Слушай, я не буду повторяться. Хватит уже!

ЗТМ


Глава 10. Титр: Лиза

Полумрак. Постель. Он и Она в постели. Одеты. Володя и Лиза.

Володя: Ты знаешь, что между нами всё кончено?
Лиза: Знаю.
Володя: Откуда знаешь?
Лиза: Чувствую…
Володя: Ты чувствуешь, а я знаю.
Лиза: (напряженно) Чего же ты ждешь?
Володя: (смотрит на нее) Утра, Лизонька. Утречка жду, девочка. Рассвета.
Лиза: (кричит) А-а-а-а-а-а-а! Прекрати так на меня смотреть!
Володя: (растеряно) Как – так? Но мы ведь по существу ничего не решили… Правда же? (спокойно) О, как я злюсь на тебя. Как я злюсь.

Лиза молчит. Идет к экрану. Смотрит в экране на себя.

Лиза: Ты убил моего ребенка.
Володя: (удивленно) Я убил!?
Лиза: Ты.
Володя: Нормальная тема. Офигительная удобная позиция сверху. Ты сделала аборт, а убил нашего ребенка я… У тебя совесть есть?
Лиза: Ты всё подстроил. Ты!
Володя: Я!? Аллё, Лиза, ты совсем того? Ты курнула чё ли?
Лиза: Уходи, Володя.
Володя: Уйду, не переживай. Фотоаппарат отдай.
Лиза: Что!?
Володя: Фотоаппарат отдай.
Лиза: О, господи! Но ты же мне его подарил!
Володя: Всё равно – отдай. Любви ведь больше нет. Кончилася. Выдохлася .
Лиза: А была ли?
Володя: Я искренне любил твое влагалище. Ты волшебница. Просто времена поменялись. На смену волшебникам пришли циники и прагматики.
Лиза: Чудовище.
Володя встает, идет к шкафу. Он что-то ищет в шкафу, выкидывает оттуда одежду.
Володя: Я трусы заберу?
Лиза: Не поняла. Чьи трусы?
Володя: (с иронией) Сашины трусы… Его. Ага. Свои, ёлкины… свои… Я у тебя живу третий месяц…
Лиза: Жил.
Володя: Ну жил.
Лиза молчит.
Володя: Я фотографию твою возьму?
Лиза: Нет!
Володя: А трусы?
Лиза не понимает о чем идет речь. В недоумении разводит руками.
Володя: Твои трусики… родной Лизок.
Лиза: Зачем!?
Володя: На память.
Лиза: О чем!?
Володя: О нашем ребенке.
Лиза: Об аборте? Николай! Забирай все трусы, закрой свой рот… и дергай вон отсюда. В той комнате, кстати, мамины трусы… Возьми на память. Для музея истории.
Володя: А фотоаппарат?
Лиза: Фотоаппарат бери.
Володя: А то щас доллар подскочил… Ха-ха. Не. Не стремно, нет. Отличный фотик. Хороший подарок. Японский. Я завтра еду к брату… К Саше… Он тебя, как это… как это назвать? как прежде любит… Привет тебе передает… парализованной весь такой… (с улыбкой) …рукою машет… так… слегонца… Пальчиком одним шевелит, гондон. Думаю, просит, чтобы я напоследок отымел тебя по братски… Ха-ха. Я отымел… Я отдал тебе своей энергии. Почти влюбился. И еще Сашка спросил про твои трусы. Он может чуть-чуть говорить, видеть, слышать и еще… нюхать… Дай ему свои грязные трусы. (кричит) Сука, дай грязные трусы для моего брата, который тебя любил, который тебе эту хату купил, машину купил, деньги давал, в шампанском тебя купал! Его младший брат последний хуй без соли доедал, а он давал деньги ТЕБЕ! (больно тычет ей в грудь пальцем) Сейчас всё поменялось. Я управляю его капиталами. (успокаивается) И еще я выполняю его просьбы. Пока… выполняю. (взрывается) И он просит твои вонючие трусы! (ударяет кулаком по столу, сразу же успокаивается) Чем запашистее, тем лучше. Нужно чтобы был такой натуральный амбре. Реальный. Чтобы можно было упасть от твоей вони. Я положу твои гребаные трусы ему на подушку… рядом с его расплющенным носом. И он будет подыхать, обоняя тебя. Он очень просил. Очень-очень. Он умирает, Лиза.
Лиза: (кричит) Это неправда!
Володя: (кричит) Саша просит, чтобы ты не приезжала…
Лиза: Это неправда!
Володя: Правда. Это ты убила его!
Лиза: (успокаивается) Это ты покалечил его. Ты всё подстроил.
Володя громко смеется.
Лиза: Я знаю только то, что ты говоришь неправду. Ты лжец. Я сожалею о наших отношениях с тобой.
Володя: Саша говорит, что ДТП – лучше, чем война…
Лиза: Чем? (пауза)
Володя: Я спрошу у него – чем. Он ответит. Саша знает. Саша умный.
Лиза: Володя, ты знаешь то, что знает Саша и что не знает… Что любит Саша и что не любит… Я тоже… не хочу его видеть… (пауза) Ты надеялся, что ты мне его заменишь? Никогда. Ты думаешь, ты достоин его? Ты – пародия, Николай. Ты генетическая пародия. И я старалась… Видит Бог… я старалась… стать для тебя родным человеком. Но… Я думала, судьба, бог, карма… Тоска…
Володя: Какая – в жопу – карма? Какая – в жопу – судьба? Какой бог!? Ты отдалась мне при первой же возможности. И вертелась подо мной два часа, сука!
Лиза: К сожалению, да. Я надеялась. Вот и вертелась.
Володя: Нет, не надеялась, ты вертелась, потому что у тебя просто зачесалось… А когда чешется, чё надо делать? Правильно, чесать. И мужики бабам чешут. Чешут… Членом, пальцем, языком, всем, чем только можно чесать.
Лиза: Я долго думала, но передумала. Ты ничтожество, Володя.
Володя: Однако, ты, Лиза, забеременела от меня… От меня.
Лиза: Не от тебя, а от… от безысходности забеременела. Но потом вовремя одумалась… (пауза)
Володя: (кричит) Ты убила моего ребенка! Тварь!
(пауза)
Лиза: (спокойно) Нашего ребенка. Возьми фотоаппарат… японский… курс доллара нынче высок… За те же деньги такой сейчас не купишь. Возьми. Можешь даже мамины трусы взять… На память…
Володя: А можно я тебя сфотографирую, Лиза? Я хорошо фотографирую…
Лиза: Нет.
Володя: Для брата. Для Саши.
Лиза: Нет.
Володя: А Саша очень просил. Что я ему скажу? Он ведь не может встать уже полгода. Он срёт под себя полгода. У него пролежни. Страшные пролежни. Фу! И член… его гребаный член не стоит. Из его члена теперь время от времени непроизвольно вытекает моча… Саша просто просит твое фото. Однако он даже подрочить на это фото не сможет. Он инвалид. Он любил скорость. Он искал смерти. А нашел то, что нашел. Инвалидное кресло и старую сиделку, которая кормит его с ложечки. Понимаешь меня? Кому из вас больше повезло? Ему. Сашке. Кормильцу нашему.
Лиза: Николай, ты похеришь бизнес.
Володя: Не твое дело, сука.
Лиза: Хорошо. Один раз… фотографируй. Для Саши.

Лиза платочком утирает слезы с глаз, подкрашивает губы, ресницы, подводит глаза, брови, поправляет одежду.
Володя берет фотоаппарат, готовится, настраивает фокус. Лиза ждет.
Далее Лиза шокирует Лешу тем, что снимает с себя всю одежду, ВСЮ, бросает белую простынь на пол, ложится в позе модели. В кадре видна её «княгиня» с половыми губами, напоминающими лепестки розы.
Лиза: Снимай так.
Володя в шоке, хитро улыбается. Его глаза загораются. Он пару десятков раз фотографирует Лизу. Та время от времени меняет позы, демонстрируя свои «лепестки розы».
Володя заканчивает фотосессию, кладет фотоаппарат, подходит к Лизе, целует ее. Лиза отталкивает его. Она быстро накидывает на себя халат.

Лиза: Чудовище.
Володя: Красавица, у меня встал.
Лиза: Саша… знаешь…
(пауза)
Володя: Меня зовут Володя.

Они целуются. Лизе видится, то Саша, то Володя. Они похожи, как братья с разницей в возрасте три года. Лиза застывает в поцелуе, видит перед собой Володю и вырывается из его объятий.

Володя: (с ехидной улыбкой) Когда я тебя фотал, у тебя, сучка, моя сперма по ляжкам текла. Вот это судьба. Да? Рок, ёб-тыр-тыр. Рок-к-ролл. Ха-ха-ха.


Сцена 11. Титр: Полтава

Володя и Николай едут в машине. Николай за рулем.

Володя: Зачем ты меня вытащил среди ночи из дома? И куда мы едем, Колян?
Николай: В Полтаву.
Володя: Зачем нам на Украину? У нас чуть ли на война с Украиной…
Николай: Моя война с Украиной закончилась в 96-м.
Володя: Зачем мы туда едем? Кто у тебя там?
Николай: Ребенок.
Володя: Чей ребенок?
Николай: Мой ребенок. Я в долгу у него больше двадцати лет.
Володя: А ты уверен, что твой ребенок за двадцать лет не стал каким-нибудь бандеровцем?
Николай: Мне по фигу, Вован. (бьет себя в грудь) У меня вот тут уже больше двадцати лет болит. Нет у меня теперь ни Ксении, ни Марины.
Володя: А чё такое?
Николай: Нету у меня ни любовницы, ни жены, только ребенок в Полтаве.
Володя: Колян, чё-то мне на Украину ехать, очко жим-жим.
Николай: В Украину, Вова, в Украину. Ни чё. Положись на меня.
Они молча едут.

Николай: Володя, извини меня…
Володя: За что?
Николай: Я с твоей бывшей переспал…
Володя резко топит педаль тормоза в пол. Машине, едва не перевернувшись, останавливается почти в кювете.
Николай: Не кипятись только. Ладно? Давай, успокойся. В этом городе сложно найти женщину, с которой ты не переспал.
Володя: С кем из?
Николай: С Наташей.
Володя усмехается, трогается с места. Автомобиль выезжает на дорогу.
Володя: Нуу-у-у. Ничего страшного. У Наташи всегда было деление на наших и ваших… Этому дала, этому дала, а этому не дала. Но всё равно… Мне неприятно. (пауза) Мне неприятно.
Николай: Она обвинила меня в том, что ребенок, которого она абортировала, был от меня?
Володя: Серьезно? С ума сойти. Она не знала того, что ты… это… самое? Не можешь иметь… (пауза) Прости.
Николай: И еще обвинила в том, что из-за меня она рассталась с тобой. Что это я виноват в этом.
Володя: Да ты чё!? Да я не живу с ней уже больше пяти лет. После того, как поймал её за минетом, который она делала бармену… Помнишь? Этому? Как его?
Николай: Нет, не знаю о ком ты. (брезгливо вытирает губы)
Володя: Да ты чё, Колян!? Ну этот… рыжий, бородатый… Текилу нам поливал… Забыл как бар называется.
Николай: Не, не помню. Это, кстати, не ты ее заразил лимфо… это… грануле…
Володя: Матозом?
Николай: Да, матозом.
Володя: Лимфогранулематозом? (пауза) Не, не я.
Николай: И еще я ей сказал, что у меня… другой.
Володя: В смысле?
Николай: В смысле, что я гей.
Володя: (через паузу) А ты гей?
Николай: Пока нет.
Володя: Зачем ты ей это сказал?
Николай: Сказал, что мы с тобой любовники.
Володя: (смеется) Ты с ума сошел? Серьезно, что ли?

Вместе смеются.
Володя и Николай едут по дороге. Впереди указатель «До государственной границы с Украиной…» столько-то километров. Или сам указатель границы.

Володя: Колян, ты двадцать лет назад убил украинскую снайпершу из Полтавы, и мы…
Николай:(перебивает) Двадцать три года назад.
Володя: Двадцать три года назад ты убил снайпершу из Полтавы, и мы сейчас едем в гребаную Полтаву… Нафига?
Николай: Я ей должен. (дает Володе фотографию её маленького сына) Вот он.
Володя: Кто это?
Николай: Её сын. Я его должник.
Володя: Да он убьет тебя. Ему сейчас… блин… да он взрослый. А ты едешь сказать… то, что ты убил его мамку…
Николай: Угу.
Володя: А если он в Нацгвардии служит… Зачем мы туда едем? Блин…

Государственная граница с Украиной.

Титр: сентябрь 2014

ЗТМ КОНЕЦ.

Сергей Решетников (с)

  • 18.07.2022
Возврат к списку