• Тут вдруг вылезает бордовая хрень, где написаны буквы и даже слова! Зачем она вылезает? Я не знаю. Но пусть уже всё идет как идет.
    Меня зовут Сергей Решетников. Привет!
    Теперь можете закрыть эту хрень. Тут больше ни хрена нет.

Глава одиннадцатая части второй романа «В ожидании ангела», Сергей Решетников

Глава 11 части 2. В ожидании ангела

По ссылке глава десятая части второй романа «В ожидании ангела» от Сергея Решетникова

11.
Несколько дней живу один. В сердце столицы на Никитском бульваре. Недалеко от дома, где свои последние четыре года прожил Великий русский писатель – Николай Васильевич Гоголь. Так вот. Я поселился рядом с ним. Опять же в чекистском доме, как когда-то на Новинском бульваре, где у нас с Солнцем Моим была квартира, купленная после успешных наворотов с курительными смесями. В нынешнем моем доме жили актеры всяческие, да чекисты. В Москве всегда странно пересекаются судьбы людей искусства и служителей закона. И тех, и других власть любила и любит. И тех, и других власть лелеет, покуда те лояльны к власти.
Несколько дней живу один. Первый день чуть не сошел с ума. Не спасла даже тупая черноглазая проститутка с хохляцким говором, которая похвасталась, что она приехала из Луганска. Я без особого энтузиазма воспринял данную информацию. Она стала рассказывать, как страшно жить в Луганске, когда на улицах взрываются бомбы и летают пули. Я даже подумал, что это новая популярная в России байка, потому что это чернобровая грудастая украинка может быть откуда угодно – из Луцка, из Винницы, из Житомира, а в Москве своим клиентам она рассказывает удобную легенду за Луганск и за Донецк. Ведь известно, что сегодняшние россияне в большинстве своем сочувствуют жителям Донбасса. Но за Донбасс не хотелось говорить с проституткой. Говорить не хотелось, трахаться не хотелось. Хотелось выть от душевной боли и спать. Зачем я тебя вызвал, дура?
- А кто нынче глава Луганской Народной Республики? – поинтересовался я как бы невзначай.
Она открыла рот, заулыбалась и предложила:
- А хочешь минет без презерватива?
- Валяй, - развалился я на кровати.
Утром ныло колено. Возникло ощущение, что в квартире пахнет собакой. А я ненавижу собак. Видимо, до меня здесь жили собачники. Или уже не знаю… Глючу. Вероятно, я уже глючу. А может быть, пахло проституткой. Я вымыл полы, сменил постельное белье, заложил все в стиральную машинку, включил, пошел хромать на улицу. Мениск болел.
Ходил по Арбату. Поначалу радовался. Вернее, старался и заставлял себя радоваться. Потом почувствовал себя старым и никому не нужным.
Мой дом недостроен. Мои мама и папа не знают, что я разведен с Солнцем Моим. Но я на самом деле не просто разведен, я свободен. Свободен до тошноты, до одиночества, до слез, до умопомрачения, до нервного срыва. Я лишь остался должен и Девочке Моей, и Солнцу Моему. Да и первой, наверное, положа руку на сердце. Всем я должен отдать кусочек себя. Перед всеми я виноватый. Откуда же пахнет собакой?
С утра поехал в магазин электроники, купил чайник с температурными режимами, швабру для паркета, еще какую-то хрень.
В продуктовом магазине на Арбате затарился козьим молоком, лосятиной… Побаловать себя чуть-чуть. Лосятина. Один раз в жизни я ел лосятину… с Солнцем Моим.
Тоска не прошла. Хочется зарычать на нее… на мою бывшую третью жену… на Солнцу Мою… Мою Солнцу! Многие годы вместо того, чтобы писать, я боялся, что меня прочитают. В мыслях я кричал на Солнце: «Что ты сделала со мной, сука?!»
Но это не она сделала. А я сам. Сам себя загнал в одиночество. Сам себя издаю, сам себя читаю, сам себя играю, сам себя хочу, сам себе дрочу.
Следующим вечером, желая задушить одиночество, пошел кадрить девчонок на Арбат. Всерьез меня никто не воспринял. Вернее, одна восприняла серьезно… Последняя длинноногая, когда уже стемнело, испугалась меня и стала убегать. Я просто за ней долго шел, хотел познакомиться. Ничего не делал. А она сначала стала оглядываться на меня, а потом побежала. Испугалась. Это было перед моим новым домом, где у меня уже совсем опустились руки, где я понял, что не умею знакомиться с девушками, не умею их кадрить, пугаю их, смешу.
Но через полчаса у меня открылось второе дыхание, и я вновь вернулся на Арбат. Где наша не пропадала.
Я увидел одну одинокую девушку в длинной юбке, маленький рюкзак за плечами. Я пошел за ней. Она повернула в Большой Николопесковский переулок. Отлично. Там меньше людей. Я двигался следом. На подходе к институту имени Щукина народ окончательно рассосался, и я решился. Я двигался к ней. И почему-то еще издалека крикнул: «Девушка!». Она обернулась. Я подошел и задал самый тупой вопрос из всех возможных:
– А вы не знакомитесь на улице?
– Нет, – ответила она. – Я не знакомлюсь на улице.
И улыбнулась.
А зубы кривые. Красивая. А зубы, блин, кривые… Я растерялся, развёл руками. И молча ушел. Что ты делаешь, дебил? Она улыбнулась тебе, Николай Степанков… А ты-ы… Ёкарны бабай. Это сейчас я уже думаю… Ну и что, что кривые зубы? Хрен бы с ними, с этими зубами… Она же не лошадь тебе. В общем, это была единственная девушка, которая сегодня мне улыбнулась. Все остальные меня просто тупо отфутболили. Одна равнодушно сказала: «Не нуждаюсь». Вторая грубо сказала: «Дебил!». Третья выдохнула: «Иди нах!». Всем троим я задавал один и тот же тупой вопрос: «А вы не знакомитесь на улице?».
Был момент, когда мне показалось, что счастье в виде шикарных женских ягодиц вот-вот улыбнется мне. Я видел, что девушка заинтересована. Она останавливалась на Арбате – несколько раз. У нее была шикарная задница, которую она «неудачно» «прятала» под короткие шортики. Жопец такой был четкий у девахи. Я насмелился, подошел к ней, и вдруг с другой, с левой, стороны от нее вырос здоровый лоб лет тридцати, весь рыжий. Он опередил меня и задал вопрос:
– Вы со мной, девушка?
А я вдруг растерялся. Это выглядело сейчас, как будто мы окружили ее с двух сторон и стараемся куда-то заманить. Два арбатских ловеласа. Два извращенца. Не знаю, как отреагировала девушка на слова тупого рыжего дятла, но она незамедлительно пошла вперед. А я тормознул, остался позади. Рыжий поспешил за ней. И они растворились в арбатской толпе. Я потерял ее. Эту жопу в шортах я потерял навсегда. Эту шикарную жопенцию в шортах. Тупой рыжий дятел испортил мне охоту на девиц. В общем, херовый из меня охотник. Придя домой, я залез в Интернет, выяснять, как знакомиться с девушками на улице. Оказывается, лучше сразу сказать: «Вы мне нравитесь. Я хочу с вами познакомиться». И всё. И если уже девушка вам улыбнулась, то считай – всё оки-оки. И не нужно никаких глупостей, типа: «А вы не знакомитесь на улице?».
На ночь я вздрочнул под порно из Рунета. Проверил электронную почту. Часть писем удалил. На часть писем ответил. Лег спать, предварительно нагнав холоду кондиционером.
И я опять перед сном думал про женщин. Про своих жен, любовниц… про Солнцу Мою, про Девочку мою… Когда живешь с женщиной, тебе кажется, что ты ее любишь, но ты ее уже давно не хочешь. И это взаимно. Секс для вас двоих – это повинность, гимнастика, а не удовольствие и наслаждение. А когда какое-то время не живешь, тогда уже она опять для тебя желанна. И Солнце Мое желанна, и Девочка Моя желанна.

По ссылке глава двенадцатая части второй романа «В ожидании ангела» от Сергея Решетникова

  • 30.06.2019
Возврат к списку