• Тут вдруг вылезает бордовая хрень, где написаны буквы и даже слова! Зачем она вылезает? Я не знаю. Но пусть уже всё идет как идет.
    Меня зовут Сергей Решетников. Привет!
    Теперь можете закрыть эту хрень. Тут больше ни хрена нет.

Глава двадцать восьмая части второй романа «В ожидании ангела», Сергей Решетников

Глава 28 части 2. В ожидании ангела

По ссылке глава двадцать седьмая части второй романа «В ожидании ангела» от Сергея Решетникова

Мы заехали за водкой. Потом к вору. Вор жил так себе. Наверное, так и должен жить настоящий вор. Черная бревенчатая изба. По снежному насту узкая протоптанная тропинка, ведущая к маленькой квадратной, сколоченной из деревянных плах двери. От забора, от окон, от тёмных низких сеней веяло каким-то дореволюционным бытом. Мы вошли в дом. Непонятный мне запах ворвался в ноздри. Смесь затхлого гниющего дерева, подполья, человеческого пота. В большой комнате нас встречали хозяева: худощавый, рано постаревший мужчина лет пятидесяти, полная женщина в очках лет тридцати-тридцати пяти. Сложно оценить возраст женщины. Но она точно была младше меня – сорокалетнего, но выглядела дурно.
Я всё еще привыкал к запаху. Глаза привыкали к свету. Лёха представил меня, представил хозяев и открыл бутылку водки. Для меня опять постарались, демонстративно выбрали мне самый чистый стакан, опять дунули туда, зачем-то протерли грязными пальцами и налили половину. Я выпил.
Хозяина звали Илья. Илья имел несколько ходок. И жена имела несколько ходок. Ее звали Люба. Мне стало любопытно, почему Люба сидела. Я попросил рассказать.
– Она порезала меня, – просто сказал Илья.
– Как так? – удивился я.
– Три удара, – показал он на себе, – печень и легкие… два раза.
– И что? – требовал продолжения я.
– Отсидела три года.
Я посмотрел на Любу. Она улыбнулась и подтвердила:
– Три года от звонка до звонка.
Я не понимал, почему они сейчас живут вместе. И как можно вместе жить после того, как твоя жена колет тебя ножом три раза. Колет наотмашь, не шуточно.
Нынче я пишу эти строки и вспоминаю Солнцу Мою, которая замахивалась на меня топором. Вероятно, не всё еще было потеряно. Но я сказал себе «нет».
– И как? – искал я, как задать это вопрос. – Как вы сейчас вместе живете?
Любовь пожала плечами и улыбнулась:
– Хорошо живем.
А Илья добавил:
– Нормально.
Я не удержался и спросил:
– Видимо, это любовь?
Все трое – и Илья, и Люба, и Лёха покатились со смеху. Лёха успокоился первым, хлопнул меня по плечу и сказал:
– Видишь, Илюха, он не такой, как мы. Он – человек. А мы – черви.
Я замахал руками и сказал:
– Нет, я против. Что значит – черви? Я… я… – я хотел рассказать что-то плохое про себя, что я – обычный человек, что у меня свои грехи, что я бросаю жен, что предаю, что… у меня совсем нет друзей…
Но я не стал ничего этого говорить. Я глотнул водки и вновь обратился к Илье:
– А почему это случилось? Почему она вас… ножиком?..
Он ответил:
– Сам виноват.
Я спросил:
– Простите… вы… написали на нее заявление?
– Ничё я не писал.
– Почему тогда ее посадили?
– Ну как – почему? Скорая, мусора… Всё, как положено. Закрыли мою Любушку сразу. Я в больнице, как пришел в себя, первым делом спросил: жива ли Люба. Сказали: жива, сидит, ждет суда. Я вышел из больницы, сходил на суд и стал ждать ее. На зону к ней ездил два раза. На свиданку. Вот дождался мою Любаху. Осенью вернулась ко мне.
– Прошлой осенью? – спросил я.
Люба кивнула и с улыбкой ответила:
– Пятнадцатого сентября откинулась.
Они всю ночь мне рассказывали о своей любви, назвать «любовью» которую стеснялись. Когда я говорил, что они любят друг друга, они громко хохотали. Видимо, это такой способ защиты. Слово «любовь» у них не в чести, несмотря на то, что Люба – это и есть Любовь. Полное ее имя за ночь они не произнесли ни разу. «Люба», «Любка», «Любашка», «Любаха». Один раз прозвучало «Буська». Но ни разу «Любовь».
За ночь у меня пропало ощущение, что меня хотят обчистить.
Но на улице в итоге Лёха меня всё же маленько обчистил. Он заказал мне такси и выудил у меня пятнадцать тысяч на адвоката по уголовке. Где он найдёт такого дешевого адвоката по уголовной статье? В Москве цены на адвоката при уголовной статье начинаются от пятисот тысяч рублей.
Я уехал на такси жив и здоров, в общей сложности, вместе с водкой, лишившись двадцатки. Хрен с ней. Главное – увидел новый мир. И побывал в его жопе.
Но… забыл рассказать… Перед тем, как сесть в такси, мы с Лехой вернулись в двухэтажный дом, куда я приехал с проституткой Женькой. Мы зашли. В комнате у туалета Женя трахалась с каким-то худощавым мужичонкой. Я подумал: «А ведь это я заплатил за нее, за эту жучку». Но ничего не сказал. Прошел в туалет, поссал. Вернулся. Женя и мужичонка уже сидели рядом под одним одеялом и виновато смотрели на меня. Я сказал:
– Продолжайте. Мне насрать.
В коридоре я встретил Леху. Мы с ним зашли во вторую комнату, там второй Лёха, проспавшись, трахал белокурую сестренку, а на кресле сидел ее муж и кемарил. Я совсем растерялся. Леха потащил меня на кухню и сказал:
– Ее ебёхает, кто хочет. А муж смотрит.
– А Женя? – спросил я, показываю на другую комнату.
Леха махнул рукой:
– Это её муж пришел. Она на него двоих детишек бросила и уехала блядовать. Сука.
– Это ее муж?! – удивился я.
– Да. Чмошник. Хочешь, мы ему морду набьем? Ведь ты же заплатил за Женьку… А он ее ебёхает…
– Нет, не хочу.
– А хочешь, мы у этой жучки деньги заберем?
– Нет, не хочу. Она их честно заработала. Она хорошая проститутка.
Через десять минут я ехал на такси и думал. Думал про Любу, которая зарезала Илью, думал про Женьку, которая оставила на мужа двоих детей и впервые за год появилась в Кимрах. Никогда не ездите в Кимры. Это конец всему. Адвоката он наймет на пятнадцать тысяч рублей… Пропьет ведь, сука.

По ссылке глава двадцать девятая части второй романа «В ожидании ангела» от Сергея Решетникова

  • 08.07.2019
Возврат к списку