• Тут вдруг вылезает бордовая хрень, где написаны буквы и даже слова! Зачем она вылезает? Я не знаю. Но пусть уже всё идет как идет.
    Меня зовут Сергей Решетников. Привет!
    Теперь можете закрыть эту хрень. Тут больше ни хрена нет.

Глава двадцать седьмая части второй романа «В ожидании ангела», Сергей Решетников

Глава 27 части 2. В ожидании ангела

По ссылке глава двадцать шестая части второй романа «В ожидании ангела» от Сергея Решетникова

Привел проститутку Женю в комнату. Осмотрел, оценил. Хорошенькая. Худая. Очень худая. Аж ребра торчат. Давненько у меня не было худышек. Сразу же отправил ее в душ. И по возращении оттрахал от души. Дырочка хорошенькая, узенькая, аккуратная… Через полчаса еще разок оттарабанил. Уже от души зарядил минут на двадцать. Ей понравилось. Я видел. Она кончила. Тогда я спросил:
– Ты кончила?
Она кивнула. Я люблю, когда женщина кончает. И чтобы потом не было манипуляций: «Чтобы не быстро, чтобы… не скучно». Либо ты кончаешь, либо не кончаешь. Мужикам в этом смысле проще, если нет простатита. Есть мужики, у которых быстро встает, и они быстро кончают, а есть мужики, у которых долго встает, и они с трудом кончают. И у первых, и у вторых проблемы.
Она была чуть-чуть похожа на Мою Девочку.
Мы выпили с ней водки и улеглись в кровать разговаривать. У нее была странная дикция. Она проглатывала некоторые буквы. И это было странно. Возникало ощущение, что она делала это специально. Она рассказала о двух своих детях, которых оставила на мужа в Кимрах. О том, как она их крепко любит. И как этот прекрасно – маленькие дети.
– А сколько ты их не видела?
– Год, – спокойно ответила она.
Мы потерлись еще несколько раз. Выпили бутылку водки. И она сказала:
– Мы щас поедем ко мне…
– В смысле?
– В мой город.
– В каком качестве я туда поеду?
– В качестве моего парня.
– Мы поедем к твоему мужу? Посмотреть твоих детей? Но я не люблю детей.
Она театрально возмутилась:
– Да ты что! Дети – это самое прекрасное, что есть на свете.
Это говорит мне проститутка, которая оставила двоих малолетних детей и зарабатывает «духовкой». Ну да.
– Поедем? – спросила она.
Романтика. А чё? Поехали.
– У меня там младшая сестрёнка. Мы не к мужу поедем… Мы к сестре…
Она вызвала такси. Когда мы, пьяные, выходили из гостинцы, меня взглядом провожала очкастая консьержка, которую я днем звал жениться. Как мог, я улыбнулся ей и зачем-то пожал плечами. Она опустила глаза. Только сейчас, глубокой ночью, я понял, что ее окулист пошутил над ней и подобрал ей не те очки.
Машина такси ждала нас на стоянке. Мы залезли, тронулись.
Зачем я еду в эти Кимры? Что меня там ждет? Романтика. Ёбт.
Всю дорогу мы молчали. Ехали, как мне показалось, долго. Темная ночь сгустилась над лесом и полями. От этого становилась страшновато. Я, стоит признаться, не люблю темень. Я люблю работать днем, жить днем, а ночью я люблю спать. Ну, раз уж пошла такая массовка, то хрен с ней… с темнотой… Пусть уже будет. Гуляем.
Мы въехали в Кимры. Старый провинциальный город, где много пьяниц и наркоманов. Машина повернула в частный сектор на грунтовую дорогу без уличных фонарей. Стало еще страшнее. Ёбт. В какую глушь меня завезли. И зачем я с собой взял все свои деньги? У меня в кармане было около ста тысяч. Стало еще тревожнее от этой деревянной провинции.
Мы подъехали к старому, царской постройки, бревенчатому дому, Женя вылезла из машины, побежала звонить и настойчиво стучать в двери. Я рассчитался с таксистом, вышел, сказав, чтобы тот пока не уезжал, подождал. Жутковатое местечко – похлеще моей сибирской бандитской малой родины. На стук никто не реагировал. Двери никто не открывал.
– Поехали отсюда. Таксист ждет, – громко сказал я проститутке Жене.
Но она продолжать звонить и стучать в старые двери, которые больше походили на ворота. Уж такими широкими они мне показались. Дом и вправду был постройки века девятнадцатого. Любопытно: сохранилось тут что-нибудь на чердаке с царских времен? Скорее – нет. Всё уже давно пропили.
Наконец дверь нам открыла заспанная младшая сестрёнка – невысокая, милая, с утонченными чертами лица, даже красивенькая некрашеная пьяная блондинка. Скрепя сердце, я отпустил таксиста и вошел за сёстрами в дом. Мы поднялись по скрипучей деревянной лестнице. Вошли в прокуренную квартиру. Мне разрешили не разуваться, ибо там был срач – конец всему. Сестренка оказалась пьянее пьяного. Муж ее давно уже спал. В комнате криком кричал маленький ребенок. Меня провели на кухню, где сидели два бритоголовых головореза. И я стал догадываться – зачем меня суда привезли. Головорезы сидели и пили дешевую водку. Женина сестренка хотела меня представить, выдохнула, сматерилась и спросила меня:
- Как тебя зовут?
- Николай Степанков.
Младшая сестренка закричала на бритоголовых:
– Накурили тут, уроды! Видите, человек интеллигентный… не курит. Ты же не куришь? Да? Хоро-оший.– Потом головорезам: - Откройте хоть окна, уроды. Садитесь. Как вас зовут?
- Николай, - еще раз представился я.
Я сел на лавку у стены. Сестра мило улыбнулась, нежно погладила меня по моим коротким волосам и с красивой, но пьяной улыбкой сказала:
– Ёжик такой. Хороший человек ко мне пришел.
Странно было видеть такую юную красивую девушку пьяной среди сорокалетних головорезов, которые сначала оценивающе смотрели на меня, потом налили водки и поставили передо мной полный стакан.
– Ты зачем ему в грязный налил?! – возмутилась младшая сестренка Жени. Быстро сбегала в другую комнату, принесла пустой стакан, дунула туда, поставила на стол. И один из головорезов перелил водку в этот стакан.
Мы выпили. Младшая сестренка опять погладила меня по голове и сказала:
– Хороший-хороший.
Так мой папа говорил «хороший-хороший» перед тем как всадить нож в сердце поросенку, который чувствует, зачем его прижали к забору, зачем ощупывают кожу в области сердца. Папа валил поросят двумя способами: иногда мы валили поросенка на бок, держали его за ноги, а папа или старший брат резали. А иногда папа прижимал боровка к забору, говорил: «хороший-хороший», нащупывал сердце и аккуратно колол. Я вспомнил, как из области сердца прыскает алая кровь на белый снег! Как визжит зарезанный поросенок! И как долго он еще сопротивляется смерти! Но через несколько минут она всё же приходит к нему. И он только лапкой дрыг-дрыг. И напоследок отрывает и закрывает рот. Открывает и закрывает.
– Хороший-хороший, – гладила она меня по голове.
На кухню пришла Женя. Она сказала сестре:
– Иди, успокой ребенка. Тоже мне – мамаша!
Женя была старше сестры лет на десять. Я смотрел на них, симпатичных, и думал: «Надо же! Родились они в этих Кимрах среди этих головорезов! И превратились… одна в проститутку, вторая… не пойми, в кого. Тоже, наверное, через год уйдет в проститутки». Младшая сестра вышла.
– Мы вместе ебёхаем её сестренку, – впервые заговорил один из головорезов, показывая на Женю.
– Не говори так, – возмутилась Женя.
Я почему-то подумал, что правду говорить легко и приятно. Но такая правда и открытость заставила мои брови приподняться, и я лишь громко выдохнул.
Головорез, рассказавший о том, что они ебёхают белокурую сестрёнку, представился и протянул крепкую руку над столом:
– Лёха.
Я пожал его руку, назвал свое имя.
Я также протянул руку второму. Тот молча и крепко сжал мою ладонь. Но за него ответил Лёха:
– Он тоже Лёха.
– Очень приятно, – сказал я.
Лёха выпрямил спину, обнял друга и сказал:
– Мы братья.
– Родные? – спросил я.
– По разуму.
– Супер! – неожиданно хлопнул в ладоши я. – Отличная у вас тут долушка.
Я понял, если не взять инициативу на себя, то меня убьют быстро. И чё-то так не хотелось сегодня умирать…
Лёха налил еще водки, и мы выпили. После этого они вдвоем стали показывать на Женю, как будто ее здесь не было:
– Твоя дрючка?
Я посмотрел на Женю, подумал, что даже за эти часы, которые я сижу здесь в этом прокуренном кельдыме, я заплатил. Я решил согласиться и кивнул:
– Моя.
Лёха продолжил:
– Осторожнее с этими двумя жучками. Они ведьмы. – И через несколько секунд громко рассмеялся своей шутке.
Хлопнул Женю по коленке и с улыбкой сказал:
– Шутка.
Женя куда-то ушла. И я целый час употреблял водку с Лёхами. В итоге один Лёха, который молчаливый, вырубился. А со вторым мы заказали такси и поехали к ворам. Да уж.

По ссылке глава двадцать восьмая части второй романа «В ожидании ангела» от Сергея Решетникова

  • 08.07.2019
Возврат к списку