Сергей Решетников, писатель, сценарист, драматург. Тот самый Решетников

8. Дежурная часть, МФЦ, Алиса, обручальное кольцо

Глава 8: Дежурная часть, МФЦ, Алиса, обручальное кольцо

По ссылке предыдущая 7 глава романа «Соки, сука, жизни» Сергея Решетникова «Харламов, Кэтрин Зета эта Джонс, бомж»

Ночь я провел в Нескучном саду. Слава Богу, август выдался жарким. Я спал на земле с удовольствием. Я давно так крепко не спал. На мне были те же грязные трикушки, футболка, вонючие трусы, колом стоящие носки и бывшие когда-то белыми кроссовки. В Москве бомжами становятся довольно быстро.
Однако, в Москве и мозги работают по-другому. Столичный инстинкт самовыживания нужно словить. Нужно заразиться им.
Что я могу сделать? Нужно восстановить паспорт и банковские карты. Но это, как минимум, неделя, а то и больше. Восстановить СИМ-карту, наверное, стоит попробовать. Телефон? Нужно войти в личный кабинет Сбербанк и онлайн купить самый дешевый телефон. Мне нужен интернет. Идея! Бесплатный доступ в Интернет можно получить в Центре Госуслуг. Главное, чтобы меня туда в таком жалком виде пропустили. Ближе всего от меня был центр госуслуг на Якиманке. На входе, насколько я помню, документы не требуют, но мой внешний вид явно привлечет внимание. Но всё равно молодец, Степанков.

Я спустился к Москва-реке, сразу же умыл лицо. Как мог, начал приводить себя в порядок. Что делать с этой грязной футболкой? Почему бы и нет? Я снял с себя футболку, начал полоскать её в реке. Я пытался, так сказать, её постирать. Пощиркал-пощиркал. Да уж. Лучше не стало. Зато теперь она была мокрой и мятой, как будто из жопы. Хорошо было то, что после этих водных процедур от меня перестало вонять псятиной и мужиком. По крайней мере мне так показалось. Я подумал, крепко подумал. Потом плюнул на всё, разделся до трусов и залез в реку с головой. Гуляющие по набережной прикалывались надо мной. Показывали на меня пальцами. Срать на всё. Я искупался. Быстро вылез. Оделся. И мне даже показалось, что я стал похож на человека. Показалось… Скорее – показалось, чем взаправду. Но потом, о спасибо Тебе Боже, я увидел на ветках дерева прикольную бейсболку. Висит, сука, меня ждет. Кто-то, видимо, ее потерял. А какой-то добрый прохожий поднял ее и повесил на ветки, мол, «вот чья-то пропажа». Бейсболка была клевая, недешевая, джинсовая, синяя. Я надел её. Вернулся к берегу. Посмотрел на свое отражении в реке. Я теперь вполне походил на приезжего иностранца, которые в Москве тоже иной раз одеваются как бомжи.

Вперед. Вперед, Степанков. Я поспешил в центр госуслуг. Иду. Иду. Иду. Думаю. Думаю. Думаю. Столичный инстинкт самовыживания зажегся где-то в районе печени.

И тогда, сука, у меня что-то щелкнуло в моем мозгу. Вдруг. Я называю это интуицией. И я свернул направо и через полчаса явился в дежурную часть полиции, где тут же написал заявление по факту утери паспорта. И спросил:
- Могу я получить временную справку, что, мол, я такой-то и такой-то, чтобы попасть на судебное заседание? У меня скоро суд…
Большой полицейский объяснил:
- Временная справка не будет являться документом, удостоверяющим личность.
И посоветовал мне получить талончик-уведомление. Пойти с этим талончиком в государственный центр «Мои документы», где из картотеки возьмут мои личные данные и, вполне возможно, выдадут мне временное удостоверение личности (ВУЛ).
- ВУЛ? – Спросил я.
- Так точно, ВУЛ.
- Почему «вполне возможно»? – зацепился я за фразу.
- Я не знаю, в течении какого времени они это делают, - ответил полицейский.
В целом, я доволен, как в последнее время работает (служит) у нас полиция. Они как будто поменялись. Раньше менты – это были суки – менты поганые. Твари позорные. И они, сука, идя в ментуру, как будто изначально по умолчанию знали, что они будут работать «погаными ментами», которых будет ненавидеть простой народ. А сейчас язык не поворачивается их так называть. По крайне мере, у нас в Москве. Всё вежливо, всё по чести. Никаких «ты». Или, может быть, просто мне пердуну уже за сорок, а не двадцать пять, когда можно было легко получить дубинкой по почкам. Не знаю. Не могу знать.

Получив талончик, я побежал в МФЦ.
При входе в МФЦ я придал морде-лица важный вид (попытался придать), вошел в двери, прошел турникет, на меня никто не обратил внимания. Отлично.
Взял талончик. Очереди ждать не пришлось. Мой номер сразу же высветился на табло. Я подошел к окошку и объяснил, что мне нужен ВУЛ, чтобы я могу попасть на судебное заседание.
- ВУЛ. Понимаете?
Меня фотографировали. Далее я писал и подписывал какие-то бумаги. Потом женщина выдала мне листочек. Я спросил:
- Это ВУЛ?
- Нет, временное удостоверение личности будет готово через десять рабочих дней…
Я был в шоке:
- Десять рабочих дней!?
- Десть рабочих дней.
- Но у меня же суд…
- Десять рабочих дней, - спокойно повторила она.
В голове я стал считать, успею ли я получить ВУЛ до суда. Цифры не складывались у меня в голове. У меня плохо с цифрами. Но потом я подумал главную мысль: «Как же я буду жить эти десять рабочих дней без ВУЛ, без документов? У меня нет жилья, нет денег, я даже не могу восстановить свои банковские карты и СИМ-карту. Взяв бумагу, я отрешенный отошел от окошка, увидел у стены ряд компьютеров для клиентов. Вау! Видимо, тут можно получить бесплатный доступ в Рунет.
Я поспешил к компьютерам. Сев перед экраном, включил, интуитивно открыл страницу личного кабинета Сбербанка и тут, сука, я только врубился, что без мобильного телефона получить доступ к личному кабинету я не смогу. Всё. Круг замкнулся. Что же я могу сделать сейчас? У меня есть е-майл почта, есть скайп. Наверное, лучше войти в скайп и попросить помощи… помощи у кого… И я заплакал. Я ненавижу просить помощи. Ненавижу. И не умею. Я вошел в скайп. Там в основном коммерческая переписка. Из дружеских контактов не осталось ничего и никого. Блин! С этим человеком я не общался более пяти лет. С этим десять. Ужас. Я одинокий и никому ненужный, человек, сука, типа, легко покоривший Москву, человек, который зарабатывал когда-то по пятьсот косых в месяц и всех на хую вертел. Куда я истратил все деньги? Дом, квартира, машина, офис. Дом не достроен. Офис… долгая судебная история. Страшно думать. Машина продана, большая часть денег отдана Алисе. Квартира – Алисе. А что у меня? У меня ночной грабеж. И никаких личных вещей. Ни друзей, ни подруг. Даже собаки нету. В скайпе я нажал имя «Алиса». Написал: «Привет!» Она: «Привет!» Я написал: «Меня обокрали…» И я всё ей рассказал (вернее, написал, конечно, без трансов).

Алиса приехала в наше «Венское кафе» через три часа. Я ее там ждал. Когда она ко мне подошла, я не выдержал и заплакал. Она сказала:
- Прекрати, сейчас не время.
Она хотела меня приобнять. Я сказал:
- Не надо. Я плохо пахну.
- Что у тебя с лицом?
- Ошпарился кипятком.
- Я могу тебе чем-то помочь, Николай?
- Мне нужны деньги, чтобы дожить до суда. Чтобы дожить до получения временного удостоверения личности…
- Сколько тебе нужно денег?
- Тысяч пятьдесят. Я восстановлю банковские карты и сразу отдам.
- А ты уверен, что на твоих украденных банковских картах еще есть деньги?
- Не уверен. Но я их заблокировал. – Потом я зачем-то добавил: - У меня никого нет, кроме тебя.
- Перестань.
- Перестал.
Она открыла сумочку, достала деньги и молча подала мне.
- Спасибо, - сказал я и вдруг опять заплакал. Как дебил, блин. Сентиментальный извращенец.
Она не стала меня успокаивать. Огляделась по сторонам и хладнокровно спросила:
- Чем я могу еще тебе помочь?
- Спасибо… Это более, чем…
- Мне пора, - она встала и пошла.
Я поднялся со стула, помахал рукой на прощанье. Я долго смотрел ей вслед. Мне хотелось догнать её, обнять и сказать: «Давай всё вернем как прежде». Но я не мог этого сделать. За эти месяцы я слишком многое изгадил… Изгадил, прежде всего, внутри себя. В душе. Посетил слишком много кругов ада. Эти путешествия и грязные проделки никогда уже не позволят мне быть тем самым Степанковым, который еще несколько месяцев назад спал в одной постели с этой прекрасной женщиной по имени Алиса. Тогда у меня было всё хорошо. Бизнес, квартира, дом, офис, машина. Как быстро всё рухнуло в моей жизни. Я не отрывал взгляда от жопы Алисы. Эта шикарная жопа когда-то была моей. За такой жопой можно идти в бесконечность. Но сейчас она не моя. Она вышла из нашего кафе. Я перестал махать рукой, сел на стул, который был таким же, как и десять лет назад. За десять лет кафе не изменилось. Те же обитые полосатой тканью стулья, те же старомодные шторы на окнах, то же меню. Кафе в Москве часто закрываются или меняют названия и хозяина, а несетевое «Венское кафе» напротив Рижского вокзала не изменилось, выжило, пережив ряд экономических кризисов. Как приятно встретить свою девушку, свою женщину, свою жену… бывшую… бывшую жену в кафе, в котором ты с ней обедал десять лет назад. Ты был еще молод и горяч. Ты был готов совершать подвиги. Тогда ты был хорошим человеком. Хорошим. А сейчас ты спускаешься в ад. Почему ты решил, что тебе необходимо спуститься в ад? Как будто хороших писателей без биографии не бывает. Запросто. Тот же Чехов. Не всем играть в Хемингуэев. Я рассчитался за кофе, оставил чаевые, надел бейсболку и пошел покупать одежду.

Приоделся. Выкинув свои треники, грязную футболку и трусы в урну, я пешком пошел по направлению к Садовому кольцу. Да, кстати, бейсболку, найденные на дереве, я оставил. Не стал выкидывать. Я люблю кепки. По дороге с рук я купил СИМ-карту. Потом дешевый телефон за восемьсот рублей. У меня плохая память на цифры. Наизусть я помнил только телефон Алисы. И то, потому что много лет назад я лично купил ей этот номер с четырьмя нолями на конце. Легкий номер и – недешевый. Еще я подумал про Принцессу, мою прекрасную негритоску. Где найти её телефон? Мне опять нужен Рунет. И я снова пошел искать ближайшее МФЦ. Как поздно в голову приходят полезные мысли.
Через полчаса я сидел за компьютером, заказав в поиск: «проститутки негритоски принцесса». Охранник, проходя мимо меня, тоже заинтересовался моим поиском. Он даже остановился, замер, несколько секунд смотрел в экран с голыми негритосками, видимо, рассуждая, что ему делать далее: смотреть в экран, запретить мне поиск проституток или пойти своей дорогой. Он выбрал последнее.
Через пять минут я нашел, если мне не изменяет память, тот самый сайт, телефон, сразу же позвонил, спросил:
- Принцесса сегодня работает?
- После восьми часов будет свободна, - ответил голос с акцентом.
- Отлично. Я ее бронирую. Я ее постоянный клиент. Скажите, что я её Принц.
Отключив свою дешевую звонилку, я вышел из МФЦ, пошел к бульварному кольцу, рассуждая, куда же ее позвать, где снять жилье без паспорта. Рунет. Блин. Как поздно в голову приходят хорошие мысли. Я опять вернулся в МФЦ. Снова пошел к компьютеру. Охранник, увидев меня, нахмурился, включил рацию и стал по ней кому-то что-то говорить. Пофигу. Я включил поиск и написал: «снять номер в хостеле без паспорта», потом подумал и добавил слово «москва». Вау! Ай да Степанков, ай да сукин сын! Предложений сколько хочешь. На час. На сутки. Я записал шесть номеров, выключил поиск, поднялся со стула, подарил охраннику улыбку и вышел из МФЦ. Заказал номер в хостеле. До восьми часов у меня уйма времени. Я решил сходить на Никитский, посмотреть на окна своей аварийной арендованной квартиры, куда меня не пускали арендодатели.
Я медленно шел по Суворовскому, пил пивко, как вдруг мне навстречу попались мои хозяева. Ёбт. Хозяйка узнала меня, остановилась, скрестив руки, сказала:
- Здравствуйте, Николай. Мы были в полиции. Познакомились с делом. Преступников ищут.
Я пожал плечами. Она уставилась на меня. Я молчал. Я думал: «Смягчились вдруг». Видимо, они посетили еще и адвоката, который им объяснил, что по суду взять с меня вряд ли что-то получится, ибо, по сути, я также, как и они, являюсь жертвой преступления.
Хозяйка немного помолчала, протянула мне ключ, сказав:
- До завтрашнего утра вам нужно съехать, забрав ваши личные вещи. Ключ бросите в почтовый ящик.
Я взял ключи и сказал:
- Хорошо.
- На какой номер вам звонить, Николай? Ваш недоступен.
- Я же сказал, у меня всё украли.
- На какой номер вам звонить? – Приготовилась она записывать на клочке бумаги.
Я назвал свой новый номер. Взял у нее ручку. Записал на ладони её номер. Напоследок она вдруг спросила:
- А кто так интенсивно накакал на простыню? Тоже преступники?
Я пожал плечами и ответил:
- Скорее всего они.
И мы попрощались. Ай да удача. Одну ночь в Москве не нужно будет арендовать хостел. Я позвонил, отменил заказанный на ночь, номер, извинился. И пошел смотреть, что из моих вещей осталось в затопленной после грабежа квартире.

Да уж. Я бродил по разбитой гостиной. Моя одежда, в большинстве своем, лежала на полу. То есть, одежда в день прорыва трубы явно плавала по квартире. Потом несколько дней мокрой лежала на полу. В общем, всё было печально. Состояние моей одёжи было плачевным. Всю технику чурки спиздили. Из ценного я нашел только обручальное кольцо, которое закатилось в уголок брошенного старого кофра, где хранились всяческие технические паспорта, гарантии на технику, старые никому не нужные договора об услугах, арендах, квитанции и чеки. Чурки, безусловно, не позарились на эту макулатуру. Там-то я и нашел свое обручальное колечко. Надев его на правую руку, я вспомнил, как ко мне сегодня приезжала Алиса, как я плакал, как она давала мне деньги, как уходила и как я смотрел на её жопу. В женщине самое главное – жопа.

В восемь тридцать вечера прозвонила «мамка» и спросила на ломанном, но относительно хорошем, русском:
- Куда ехать Принцесса?
Я назвал адрес.
К десяти часам приехала Принцесса, улыбнулась, сказала:
- Хай!
- Хай! – Ответил я и обнял её.
Увидев беспорядок и разгром в квартире, она спросила:
- What is it?
Я махнул рукой и сказал:
- Хуйня.
И жестом позвал её в спальню, где я заблаговременно чуть-чуть убрался. Заменил обосранную простынь на единственную чистую. Даже помыл пол. И протер пыль.
На тумбочке стояла бутылка белого сухого вина, два пластмассовых стаканчика и сумма за ночь – за услуги. Принцесса была равнодушна к алкоголю. Хуйня-война. Я всё выпью сам. Для меня одна бутылка сухого – это детский лепет.
Она взяла деньги, сходила в душ. Пришла голенькая, аппетитная, черножопая. Я по-быстренькому зарядил ей по саму цупепицу, подмылся и лег рядом с ней молчать. С ней было приятно молчать. Выпив полбутылки вина, я, однако, разговорился:
- Я люблю Алису. Понимаешь меня, Принцесса?
Та тупо кивала головой.
- Очень люблю. Жить без неё не могу. Она делала мне массаж предстательной железы.
Принцесса кивала. И тогда мне в голову пришла мысль. Я жестом попросил ее айфон, открыл браузер, сменил язык на русский, заказал в поиск «массаж предстательной железы», нашел пару картинок и показал Принцессе.
- Вот так… Можешь?
Она кивнула, улыбнулась, потерла свой большой палец с остальными четырьмя и сказала по-русски:
- Пят тысяча.
Подняв брови, я оценил:
- У! Пят Тысяча. У-у.
- Пят тысяча, - повторила она и пошла в душ.
Когда она вернулась, на тумбочке лежала пятитысячная купюра. Она увидела, улыбнулась, сказала:
- Окей. – И добавила, подняв кулак перед собой: - Хуй. Пят тысяча. Хуй.
Я не понял, что означал этот жест. Но слово «хуй» она произнесла абсолютно без какого-либо акцента. Как будто родилась и выросла где-то под Калугой.
- Прекрасное произношение, - сказал я, а потом добавил: - Окей.

Я выпил два стакана воды, проклизмился.

Она была прекрасна. Следующие полчаса она делала мне массаж предстательной железы… языком. Да-да. Своим длинным языком. Это было незабываемо. Я фантасмагорически долго кончал, больше минуты происходило само семяизвержение, а после этого я был готов отдать еще пятёрку за дубль, но она сказала:
- No.
Мол, тяжело.
- Окей, - сказал я и допил бутылку вина.
К утру мы в классической позе трахнулись еще разок. Я хотел сделать ей куннилингус. Но она сказала:
- No. Time is over.
- Окей, - сказал я.
Она быстро собралась, сказала:
- Bye-Bye!
- Бай-бай! – помахал я ей рукой, когда она выходила.
Пора собирать вещи.
Я собрал в пару сумок свои гнилые вещи. Стал искать обручальное кольцо, которое нашел вечером и положил… куда-то положил… на тумбочку… нет… или… Ебать-колотить! Дружище, Альцгеймер, ну помоги мне! Ну не нужно так со мной! Где моё кольцо?
Кольца я так и не нашел. Громко выдохнув, я подумал на Принцессу. Блин, трансы грабители, Принцесса воришка… Что за жизнь у меня? Что за люди меня окружают?
Я вызвал машину такси хэтчбек, чтобы вошли две сумки. Машина приехала. Я спустился на лифте. Положил сумки в багажник, сказал:
- Я щас.
Вернулся в подъезд, поднялся на второй этаж, бросил ключ в почтовый ящик, позвонил хозяйке, сообщил, что съехал, что ключ в почтовом ящике, как и договаривались. Воровать в этой разбитой квартире было нечего… Да и делать было нечего. Надо продолжать жить в новых экономических условиях. О, безумная тупая Принцесса из Ганы, какой изумительный массаж предстательной железы я получил сегодня ночью. Хоть что-то хорошее есть в моей жизни. Потом я сел в такси, подумал о пропавшем обручальном кольце и об Алисе. Мне опять захотелось плакать. Какой сентиментальный я стал.

Мы ехали в хостел, в котором я прожил в ожидании ВУЛа и суда.

По ссылке можно прочесть следующую 9 главу «Магараджа, Яндекс, Анастасия, выход на сделку»

  • 31.03.2019
Возврат к списку